ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Рекрут, Автор - Хай Алекс, Серия - Альбигор [1], , Жанр - Аниме, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Рекрут Хай Алекс Рекрут, Автор - Хай Алекс, Серия - Альбигор [1], , Жанр - Аниме, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Глава 1 — … Он шевельнулся. Кажется… Я пришёл в себя от жажды. Такой, что язык прилип к нёбу, а глаза — будто натёрли наждаком. — Спускаемся! Я открыл глаза — и пожалел. Два солнца пылали в небе — одно белое, другое ржаво-медное, и оба жарили так, словно хотели испепелить меня на месте. В раскалённом воздухе дрожала пыль. Место было… странное. Потрескавшаяся равнина, поросшая сухой травой. Повсюду торчали чёрные скальные глыбы, будто зубы гиганта. А между ними — ямы. Некоторые — глубокие, как кратеры. Даже сейчас я чувствовал: ночью здесь происходит что-то нехорошее. Я лежал в пыли в лохмотьях. На рубашке и штанах не осталось целого места. Ноги босые, кожа обожжена. Рёбра отдавали болью. В горле — песок. Во рту — вкус железа. Шаги. Сначала один человек, потом еще трое, потом чья-то тень наконец-то скрыла от меня проклятые солнца. — Он точно живой? — голос был сухой, хриплый. Как наждак. — Ага, моргать начал… Надо мной склонился крупный человек. Блеснул шлем, прикрытый на затылке грязным плащом. — Эй! — меня грубо затрясли за остатки воротника. — Имя! Говори! — Полегче, — прохрипел я. — Не дрова перебрасываете. Он молчал. Лишь пристально смотрел на меня. Лицо человека было закутано п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его дочь — Циллия — сидела в боковом крыле, но её взгляд я почувствовал. Она внимательно наблюдала.

— Обвиняемый прибыл!

Меня подвели в центр мозаичного круга.

Первым заговорил старик в мантии цвета старого золота и с эмблемой весов и клинка.

— Гражданин Альбигора, Ромассил Хал, ты был вызван на заседание Совета по обвинению, затрагивающему интересы двух великих кланов и порядка города.

Я молча улыбнулся.

— Тебя обвиняют в убийстве принца Риониса Кархала, наследника Доминуса Солнцерожденных. А также в сокрытии подлинной личности, что, в свою очередь, нарушает принципы равновесия между Днём и Ночью. Что скажешь в свою защиту?

— А зачем говорить, если уже всё решили?

— Никто ничего не решил, — хрипло бросил Варейн. — Пока.

Салине не вмешивалась. Только мрачно обводила взглядом советников.

Доминус

приподнял бровь. Его взгляд пересёкся с Салине — и это была вспышка. Не дуэль. Не вызов. Что-то… более глубокое.

Фиор поднялся и прошёл вперёд, но его остановили. Пока что была не его очередь.

Посол Трейн поднялась и чётко, без тени волнения, произнесла:

— Совет Альбигора обязан помнить, что обвиняемый не признал своей вины. Что доказательств пока не предъявлено. И что у клана Лунорожденных есть право на защиту своего рекрута.

Она переглянулась с Герцогом, и тот кивнул.

— Мы не просим пощады, — продолжила мать Элвины. — Мы требуем справедливости. Разбирательство должно быть детальным. Вы не осудите юношу, прошедшего инициацию Ночи, лишь за то, что кто-то говорит, будто он — из Дня.

Доминус склонил голову, как бы признавая: ход сделан.

— Пусть принц Фиор выступит, — сказал представитель Совета. — Он излагал свою позицию. Но теперь… пусть выскажет свою версию событий.

Фиор поднялся на трибуну так, будто собирался читать манифест, а не мстить за личную обиду. Глубокий вдох, безупречные складки золотого плаща на плечах, серьёзное лицо с маской скорби — и я почти поверил, что он сейчас заплачет.

Он не смотрел на меня. Умно. Правильно. Столкнись наши взгляды — маска бы треснула.

— Уважаемые члены Совета, — начал он, — я не хотел говорить эти слова. Не хотел снова вспоминать ту трагическую ночь. Но я обязан. Обязан перед памятью брата. Перед долгом. Перед городом. Меня зовут принц Фиор Кархал, сын Доминуса и брат покойного наследника принца Риониса. Я — свидетель. Единственный выживший очевидец той трагедии.

Слово «единственный» он проговорил с особым нажимом. Пауза. Вздох. Ему бы пьесы играть.

— Нас было трое, — сказал он тише. —

Я, Рионис… и он. Ромассил Хал. И еще паа охранников. Ром был нам другом, братом…

Он поднял глаза к куполу. Там, где сияли два ликa — Лунный и Солнечный.

— Мы доверяли ему. Он был с нами с юности. Талантлив, отважен, честолюбив.