—
Если бы ты видел себя со стороны, ты бы тоже выбрал себя мне в пару.
— Самовлюблённость заразна, — отозвался я. — Полагаю, это побочный эффект жизни в дипломатическом квартале.
— Постарайся сегодня быть дипломатичным хотя бы наполовину.
— Только наполовину. Ведь я всего наполовину сын Доминуса. К тому же незаконный.
Элвина снова криво усмехнулась, взяла меня под руку, и мы переступили порог.
Внутри дворца воздух был насыщен ароматами благовоний и дорогого вина. По залам скользили люди во всех мыслимых оттенках мантий. Солнцерождённые — в белых мундирах, с золотом на лацканах и лазурными вставками на воротах. Пламенники выделялись яркими алыми одеяниями. Золотые весы, облачённые в самые роскошные ткани, блистали так, что от сверкания самоцветов в их украшениях резало глаза. Серый орден, как и положено, сливался с фоном, почти невидимый — невыразительные лица, но внимательные взгляды.
Я уловил взгляд одного из них — немолодого мужчины с лисьими глазами. Тот слегка кивнул нам в знак приветствия и исчез в толпе гостей.
Гобелены на стенах изображали сцены из истории города — заключение мирных договоров между кланами, созыв первого Совета Альбигора… Музыка лилась откуда-то сверху — кажется, струнный квартет.
— Идём, — Элвина слегка
коснулась моего локтя. — Мама, точнее, госпожа посол ждёт.
Мирена Трейн стояла у края мраморной площадки, окружённая аристократами. Она была в мантии глубокого угольного цвета, под которой виднелось роскошное серебряное платье с глубоким декольте. Когда мы подошли, она повернулась.
— Элвина. — Сдержанный кивок. — И… Лунный страж Ром.
— Госпожа посол, — я наклонился и поцеловал ее руку, затянутую в черную перчатку. На руке красовался браслет с настолько крупными алмазами, что всего на один из них можно было купить целый квартал в Низинах.
Мать Элвины смотрела пристально, не моргая, и чуть подалась вперёд.
— Это я попросила Элвину пригласить тебя, Ром. Твоё присутствие на приёме — сигнал для других кланов. Надеюсь, ты понимаешь, насколько это важно.
— Разумеется, — ответил я.
— Хорошо. Постарайтесь не устраивать спектаклей. Их сегодня и так будет достаточно.
Она удалилась к группе
из клана Золотых весов. Я почувствовал на себе десятки взглядов — одобрительных, настороженных, презрительных. И шёпотки, едва слышные:
— Это тот самый бастард Доминуса…
— Как Ночным удалось переманить его на свою сторону?
Чем дальше, тем скучнее. Могли бы придумать и другие темы для обсуждения.
— Не обращай внимания, — не переставая улыбаться и кивать гостям в знак приветствия, шепнула Элвина. — Они всегда будут шептаться. Им только дай повод.
— Пока я жив, да, — согласился я. — А после будут шептаться, что мёртвый бастард испортил им вечер.
— Тогда лучше будь живым бастардом.






