Моя Тень обвила меня плотнее, превращаясь в кокон. Я чувствовал, как она впитывает испарения, гасит нестабильные волны, но отзывается болью. Каждый её рывок — как укус в грудную клетку. Моему призрачному генералу тоже происходящее не нравилось, но он не привык жаловаться.
Слева послышался вскрик — Элвина. Я уже рванул в ту сторону, но её голос прозвучал твёрдо:
— Всё под контролем! Один из стабилизаторов расплавился. Идите дальше! Здесь я разберусь.
На правом фланге Тар и Рион активировали сферу заморозки. Прямо сквозь хаос они вбили в пол якорь и запустили синхронизацию.
— Пошла стабилизация! — крикнул Рион. — Поле начнёт сжиматься.
И тут я увидел что-то светлое. Как выяснилось, халат. А его обладатель лежал возле одного из контейнеров — к счастью, целых. Вероятно, мужчину отбросило, когда нестабильный взорвался.
Я быстро прошел вперед и наклонился. Форма рабочего хозяйственного департамента, халат — с символом службы. Не повезло бедолаге оказаться в зале, когда рвануло.
Парень лет двадцати, худой, в рабочей форме. Пол-лица обожжено, рука в крови. Но он дышал.
— Контакт! — крикнул я. — Один выживший!
— Забирайте его! — Донеслось сзади. Следом за
мной в зал вбежали техники в костюмах полной защиты. — В лазарет, срочно!
— Да сам знаю…
Надо было спешить. Тень сомкнулась вокруг нас, как щит. Энергия Ноктиума била со всех сторон — искрами, гудящими разрядами, от которых волосы вставали дыбом. Я слышал, как она — моя Тень — шепчет. Не слова. Намёки, ритм, чувство.
— Тар, Рион! — позвал я. — Ко мне в зал.
Близнецы вынырнули из соседнего отсека. Как всегда, синхронно. Я кивнул на парня в белом халате:
— С ним на выход. Я помогу техникам.
— Но…
— Бегом!
Уговаривать их не пришлось — и так хватило для первого раза. Парни подхватили бедолагу в халате и уже через несколько мгновений скрылись за углом.
— Работаем, я зайду в эпицентр, — переговаривались техники. — Образуйте защитную сетку и по каналам выведите энергию на запасной контур. Если снова жахнет…
— Да не должно!
— А если всё же жахнет, то нас с тобой завтра выловят из канала.
Не выловят. Если снова рванет, то с учетом сдерживающего контура, от нас всех останется лишь воспоминание.
Я шагнул вперёд — Тень уже окутала меня плотно, как броня. Ближе к активному контейнеру становилось трудно дышать: клубы нестабильной
материи давили, жгли кожу даже сквозь защитную ткань. Каждый шаг отзывался вибрацией в костях. Символы и узоры на полу вспыхивали под ногами, а за каждым углом сверкали отголоски искривлённого пространства.
Я увидел техников. И тот самый контейнер, треснувший пополам.
— Нужна прокладка, — рявкнул один из них в канал.






