ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ты станешь моей, Автор - Морф Кейт, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Ты станешь моей Морф Кейт Ты станешь моей, Автор - Морф Кейт, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. ГЛАВА 1. У каждого есть точка невозврата. В мои двадцать она уже была, я ее прошел. Некоторые ищут выход. Я давно понял, что выхода нет. Есть только ход вперед напролом, сквозь боль. Пока не станет совсем тихо. Когда ты лежал мордой в грязи, слыша, как над тобой ржут и плюют, а потом просто уезжают – ты перестаешь верить, что у людей есть душа. У меня ее больше нет. С тех пор я не человек. Я инстинкт. Я ржавый нож. Я то, что остается, когда от тебя отворачиваются даже те, кто клялся верить. Сегодня я снова в клетке. Холодный металл, железные прутья решетки, запах крови давно въелся в стены. Люди ревут вокруг, но я слышу только собственное дыхание. Ровное... Пока что. В этом аду я чувствую себя живым. Я стою босиком на холодном бетоне, напротив шкафообразного мужика, который весит килограммов на тридцать больше. Гора мышц, шея как у быка, кулаки, как булавы. Он уже выигрывал турниры, ломал челюсти. Он – монстр. Я – мясо. Так и должно быть. Он двигается медленно, но каждый шаг, как грозовое предупреждение. Он не знает, кто я. Ему кажется, что я просто наглый щенок, решивший хайпануть. Пусть думает так. Мне плевать, кто он. Плевать, что сломает. Мне не нужно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я подхожу к нему, Артём стоит, как вкопанный.

— Сними футболку, — прошу тихо, глядя в его темные глаза.

— Нет, —

твердо произносит он.

— Здесь и сейчас, Артём! Сними эту чертову футболку!

Сначала он медлит, а потом резко, будто бросает вызов самому себе, стягивает ткань через голову.

Футболка падает на пол, и я все вижу еще раз. Ярче, ближе, уже не во тьме чердака. Вижу кожу, которая больше не гладкая. Следы, изломы, шрамы как топография боли. Не может быть, что человек такое пережил и остался жив.

Я борюсь с собой.

Лицо горит. Грудь сдавлена, но я не отвожу взгляда. И мое сердце рвется на части. Сколько же он молчал, сколько прятал в себе, пытался все пережить один.

Я делаю еще шаг, Артём не двигается. Я осторожно целую его грудь, словно это священное место. Он сжимается.

— Не надо, Аня, — хрипит он.

Я поднимаю голову, смотрю ему прямо в глаза и говорю правду:

— Видеть тебя таким было страшно. Я

не играю в храбрость, мне действительно стало плохо. Это шок. Это боль. Но знаешь, что страшнее всех этих шрамов? Потерять тебя. Потерять тебя навсегда, Артём. Ты выжил, но ты не живешь. Ты прячешься от мира, от меня. А я не хочу жить в мире, где нет тебя.

Его лицо меняется, уголки его губ кривятся в ухмылке.

Я еле-еле прикасаюсь подушечками пальцев к его животу. Он снова зажмуривается, готовится к боли. А я наклоняюсь и целую эти шрамы. Один. Второй. Третий. Все.

Он дышит тяжело, я чувствую, как трясутся его руки.

— Хватит, — шепчет он. — Анюта, ты не понимаешь, что творишь.

Я толкаю его в грудь, он опускается на потрепанный диван. Сажусь сверху лицом к лицу.

— Я понимаю. Я хочу заняться любовью со своим парнем. С тем, которого люблю. Который настоящий и который не идеальный.

Артём смотрит на меня, не доверяет.

— Нельзя? — спрашиваю шепотом прямо в его губы.

ГЛАВА 47.

Аня

Я

сижу на нем верхом, чувствуя, как дрожит подо мной его тело. Его руки будто не знают что делать: обнять меня или отстраниться. На лице – тревога и смирение, и это разбивает мне сердце.

— Я люблю тебя, — продолжаю шептать ему в губы.

— Анюта, — его голос охрип, — я люблю тебя больше жизни, ты это знаешь. Но я не уверен, что у меня получится. Я не хочу пугать тебя еще сильнее.

Я понимаю и принимаю его сомнение, страх и память, впитавшуюся в шрамы. Я смотрю на Артёма, как на огонь, в который хочется нырнуть, даже если знаешь, что обожжет.

— У нас все получится.

Он больше не отстраняется. Его руки осторожно ложатся на мою талию, словно делают это в первый раз. Я наклоняюсь, целую его губы, затем шею, плечи. Его кожа горячая, дыхание неровное, в груди гулко стучит сердце. Он весь как напряженная струна, на грани между сдержанностью и безумием.

Футболка давно отброшена, и теперь я вижу его татуировки полностью. Рисунки, которыми он будто бы закрыл уязвимость, вытатуировав себе доспехи.