ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Обретение, Автор - Булякаров Салават, Серия - Реквием бездны [1], , Жанр - Социально-философская фантастика, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Обретение Булякаров Салават Обретение, Автор - Булякаров Салават, Серия - Реквием бездны [1], , Жанр - Социально-философская фантастика, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Глава 1. Неудачник Тьма. Она была разной. Густой и вязкой, как жидкий асфальт, в безднах, что стали мне домом, где свет был не просто отсутствием чего-то, а активной, враждебной субстанцией, которую я научился чувствовать кожей. И той, старой, городской, пронизанной рыжим, больным светом натриевых фонарей, воем сирен и сдавленным, хроническим гулом моторов — звуком гигантского механизма, перемалывающего судьбы. Именно эта, вторая, пришла ко мне сейчас, прорвавшись сквозь тысячелетнюю толщу времени и забвения, как заноза, которую тело отторгает веками. Я снова чувствовал его. Тот знакомый, тошнотворный коктейль запахов — спертый воздух салона, пропитанный потом и страхом, смешанный с химическим ароматом дешевого освежителя «Хвоя», который лишь подчеркивал вечную питерскую сырость, въевшуюся в стены, в сиденья, в резину колес. Руля. Потрескавшаяся кожзамная оплетка, стертая до пластика в местах, где ложились мои ладони. «Водитель-курьер Алексей Петров». Свое первое имя. Я помнил его. Я помнил всё: номер телефона, пин-код от банковской карты, горький вкус утреннего кофе из автомата и чувство пустот

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Из моего отдела. — Она наконец отложила телефон на стол, и он лег с тихим стуком, похожим на удар молотка. Она посмотрела на меня. В ее глазах не было злости. Только усталая, бесконечная, вымораживающая душу усталость. — Его брат как раз в «Нефтегазе» работает, в логистике. Им как раз нужны водители на север. На вахту. Зарплата… — она назвала сумму, от которой у меня перехватило дыхание и закружилась голова. Таких денег я в жизни не видел. — У тебя же права есть. И стаж водительский.

Она произнесла это не как предложение, не как возможность. Как приговор. Как единственно возможный, безрадостный, но реальный выход из тупика, в который мы уперлись лбом.

— Катя, я… я океанолог, а не дальнобойщик, — попытался я возразить, но звучало это жалко, слабо и неубедительно даже для моих собственных ушей. — Это же совсем другое. И на полгода уехать...

— Ты кто угодно, Алексей! — в ее голосе впервые

за этот вечер прорвалась сталь, отточенная годами разочарований. — Ты умный, ты образованный, черт возьми! Ты можешь разобраться в чем угодно! Но ты упрямо продолжаешь быть… этим. — Она резким, отчаянным жестом обвела рукой нашу убогую кухню: потертый линолеум, дребезжащий холодильник, занавески, купленные еще ее мамой. — Мы не выбираем, кем нам быть в мечтах. Мы выбираем, как выживать здесь и сейчас!

Она встала, стул противно заскрипел по полу. Она подошла к окну, отвернувшись от меня, и смотрела на струи дождя, на мокрый асфальт.

— Я устала, Лекс. Я устала до смерти. Я устала считать копейки, откладывать на новые сапоги полгода, проверять цены в каждом магазине. Устала смотреть на эти вечные пятна сырости на обоях. Я хочу ребенка. Хочу нормальную квартиру, где тепло и не дует. Хочу не бояться, что завтра нам отключат свет или не на что будет купить хлеб. Разве это слишком много? Разве я прошу дворцов?

Её слова висели в воздухе, тяжелые и точные, как булыжники. Они не просто звучали — они возводили между нами невидимую, но непреодолимую стену. Высокую и толстую. На моей

стороне этой стены были мои мечты, моя гордость, мое упрямое, глупое нежелание сдаваться, моя вера в чудо. На её — усталость, страх, горечь и суровая, беспощадная реальность, которая давно уже отучила ее верить в сказки.

Я смотрел на её спину, на знакомый, любимый до боли изгиб шеи, и с леденящим ужасом понимал, что теряю её. Прямо сейчас, в эту самую секунду, песок уходит из-под ног, и ее уносит течением. Я должен был что-то сказать. Объяснить. Упасть на колени и пообещать все исправить, найти выход, стать другим.

Но я просто сидел. Скованный своим страхом, своей нерешительностью. Молча. Упиваясь своим поражением, как мазохист. Проклятое слово «неудачник» звенело у меня в висках, сливаясь с тиканьем часов, и я знал, что она права. Во всем права.