— Нет, — ответил я без колебаний, и продолжил с легкой усмешкой: — И ждать мы тоже не можем. Если светлые смогут расчистить завал, то совершить паломничество к вашему алтарю будет несколько проблематично
Не дав им времени на новые сомнения и возражения, я сделал шаг к краю. Каменная грань так и манила сделать шаг вперед.
— Тильмиро, ты должен будешь обхватить меня за ноги, — моя рука указала на зёв колодца. — Я сяду на край, а ты повиснешь над провалом, держась как можно крепче. При приближении дна спрыгнешь
Тёмный альв молча кивнул, его челюсти сжались. Он подошёл ближе, вглядываясь в пропасть.
— Лаксиэль, — я повернулся к ней. — Тебя я буду держать на руках, обхватишь меня за туловище.
Сила моего навыка будет действовать, пока вы касаетесь меня, но если отцепитесь — придется учиться летать. Понятно?
Они молча, почти одновременно кивнули. Я сел на край, удерживаясь одной рукой за выступ. Альв решительно, ухватившись за мою руку, спиной вперед спустился по мне в колодец и повис, удерживаясь за лодыжки.
— Готов, — донёсся снизу его сдавленный голос.
Я кивнул, хотя он этого не видел, и протянул левую руку Лаксиэль. Альвийка сделала глубокий вдох, её пальцы сжали факел так, что костяшки побелели. Не погасив его, она отбросила факел в сторону, опасливо посмотрела вниз и твёрдо шагнула вперёд.
Обхватив мою шею, она позволила мне подхватить её под колени и спиной прижаться к моей груди, хоть и прикрытой доспехом. Она была легкой, почти невесомой, но её хватка вокруг моей шеи была не менее цепкой, чем у её собрата за мои ступни.
Положение было глупым и крайне уязвимым. Мы втроём свисали над глубокой дырой в позе, достойной акробатов из самых дешёвых таверн. Но иного выбора не было, разве что мне можно было спуститься туда в одиночку.
— Держитесь, — сказал я, и на этот раз в голосе не было
ни усмешки, ни иронии. — Спускаемся.
Я оттолкнулся от края и позволил гравитации, «естественному движению» — как назвал ее Пелит в свое время, сделать своё дело.
Мы сорвались вниз.
Первое мгновение — это всегда чистый, обжигающий живот ужас свободного падения. Воздух со свистом промчался мимо. Я-то к этому уже привык, а вот мои спутники… Тильмиро снизу издал сдавленное ругательство. Лаксиэль вцепилась в меня ещё сильнее.
И тогда я активировал «Контроль гравитации».
Ощущение падения не исчезло, но стало неимоверно медленнее. Мы плыли вниз, словно в густом, вязком мёде. Моё усиленное доспехом зрение выхватывало только трещины на полированной каменной стене и ни следа того, что здесь когда-то мог быть спуск.
Глубина оказалась даже больше, чем я предполагал. Мы плыли вниз уже три десятка долгих, тягучих секунд. И вот, наконец, внизу стало проступать дно. Не просто камень.






