Не дожидаясь ответа, Лоотун скрылся внутри, и через десяток мгновений едва слышимой ругани самоход зарычал, а изнутри повалил вонючий кислый дымок.
Задние колеса пришли в движение, но не вперед, а немного провернулись влево. После чего самоход вновь замолчал.
Из пулеметной башенки выскочила закопченная фигура Лоотуна. Он отчаянно кашлял, вытирая измазанное сажей и маслом лицо. Его глаза, красные от дыма и копоти, уставились на легата:
— Н-ну… — он сдавленно кашлянул, выплевывая черную слюну, — х-хотя бы заводится это дерьмо на колесах, как-никак…
Свесившись,
Лоотун осмотрел вначале передние, а когда слез, оглядел и задние колеса, матерясь по ходу.
— А вот с ходовой, похоже, беда полная. У этой колымаги должна вращаться и передняя ось, и задняя. А тут подвижная только задняя. И это я ещё не трогался.
Марк Туллий стоял неподвижно. Лицо его было темнее воронова крыла. Только бешеный пульс на виске и вздувающиеся желваки выдавали его настроение, а холод в глазах мог бы заморозить лаву
— Так… — хрипло прорычал он. — С этим мудаком… С этим Соловьем-говноедом я разберусь. Лично. Когда в следующий раз наведаюсь в мир Элкраг. С пулемётом что? Хотя бы стрелять будет? Или это тоже хлам?
Лоотун мрачно потер лоб измазанными сажей пальцами, оставив грязную полосу.
— Кхм, это ж… Старшой, это не пулемет. Это древняя, как говно ящеров зенитка! С тех пор как перестали летать боевые самолеты, это практически бесполезный хлам. Но как бронебойная пушка пойдет.
Лоотун снова залез внутрь, а высунулся уже с какой-то штуковиной.
— Очередь на пять выстрелов, — он поднял над головой решётчатый магазин, в котором виднелись длинные патроны. — Таких тут семь! — выкрикнул опять уже изнутри, — а всего — тридцать пять выстрелов.
В башне что-то клацнуло, а следом вновь раздался голос Лоотуна:
— Вроде работает. И хорошо бы пальнуть разок, другой. Но боеприпаса маловато, конечно. И это… Вбок он не поворачивается почти. Так что сектор огня самохода практически только средняя треть передней полусферы.
Привлечённые видом дымящегося шестиколёсного монстра, со всего лагеря стали стекаться любопытные. Толпа на глазах росла, шепчась и переминаясь.
На их лицах я читал смесь детского любопытства к диковинке, глубокий страх к этой уродливой мощи и сомнение в её безопасности. Ведь совсем недавно все они были свидетелями кровавой
бойни, что устроил столь же чуждый стальной артефакт.
Марк Туллий холодным взглядом оценил собравшуюся толпу и зычно гаркнул, указав дланью:
— Череп и Смотритель! Вы-то мне и нужны!
Из задних рядов вышли вызванные и коротко, без энтузиазма поклонились.
— Значит так, — легат ткнул пальцем в сторону Лоотуна, который уже сползал с брони. — Вы двое отныне под командованием Лоотуна. Помогаете осваивать этот самоход.






