И никто нам не нужен.
— Жень, прости, что спрашиваю, Миша... немой? — Олег наконец озвучивает свои наблюдения, когда Миша жестом показывает, что наелся.
Сначала я хвалю сына: почти весь суп съел и половину второго, и только потом отвечаю на вопрос Олега:
— Нет… Ну, то есть… он пока не разговаривает.
— А как ты поняла, что он хотел собаку напоить? — удивляется Олег.
— Да я же сама ему сказала, когда заходили, что жарко псу.
— А-а… Ясно.
Олег по-новому на Мишку смотрит — с сочувствием и жалостью, почти как ранее Миша на пса того глядел. Миша же словно не замечает Олега. А я знаю, что он игнорирует тех, кто ему не очень нравится.
Все, о чем сын молчит, что чувствует, кого принимает, а кого — нет, я легко угадываю уже по взгляду, мимике и жесту. И такое взаимопонимание мне казалось даже благом. А выходит, что я в него будто и не верю. Ведь я сама не даю ему возможности
объяснить. Вот как с собакой. Он даже не обозначил толком своего желания, а я уже все поняла и все устроила.
И снова сердце сжимается в паническом ужасе.
Ведь, если бы Миша пропал, не дай Бог, он бы даже не смог назвать кому-то своего имени.
— Жень, ты совсем грузанулась? — замечает Олег. — Ну прости, Женя…
— Ты не виноват, Олег. Я же сказала, — выдавливаю из себя вполне благодушно.
На Олега я не сержусь. Он правда не виноват, что Миша такой… А я — да.
Педагоги в садике правы. Надо вести его на комиссию. Ведь то, что кажется нормой мне, нормой, увы, не считается.
И мама тоже не в бровь, а в глаз заметила: “Испортишь ребенку жизнь, потом не жалуйся”.
А своим бездействием я и правда могу испортить сыну будущее.
— Ешь давай, остынет, — Олег все тем же виноватым взглядом указывает на мою порцию шашлыка, когда нам заказ приносят.
Съедаю пару кусочков мяса и несколько ломтиков овощей исключительно из вежливости. Аппетита вообще нет. Так перепугалась, что в желудке до сих пор беспокойно. Еще и накрутила себя теперь окончательно.
После обеда кормим пса и снова едем к озеру, но Мишка в машине засыпает, и мы заезжаем в лес. В тени высоких берез так тихо и свежо. Порхают бабочки, цветами пахнет.
Пока сын спит, я нахожусь
неподалеку от машины и собираю для него лесную клубнику. Олег тоже помогает.
Полагаю, он немного не так представлял себе нашу поездку. Но с маленьким ребенком по-другому не получится. И я жалею, что согласилась. Да так хотелось сына вывезти на свежий воздух.
После сончаса снова едем на озеро, где уже находимся до самого вечера.
Жара спала. Народ разъехался. Вода у берега теплая-теплая. Я пытаюсь научить сына плавать. Получается так себе, но воды Мишка не боится. Будь у меня возможность возить его на водоемы, может, и научились бы без всяких "пап". Но транспортом своим я, вряд ли, в ближайшем будущем обзаведусь, и с Олегом больше не поеду, если пригласит — неловко.






