— Удивляюсь как эти скорлупки еще как-то держат, — Виктор стукнул себя по шлему. — У меня упал сканер.
— Дойдем без него. Вперед!
— Тебе легко говорить. Ты уже впереди.
Затем недалеко ударила еще одна молния.
— Готово, — сказал Виктор. — Визор. Я слеп на полполя.
Так они шли еще полчаса. Потоки частиц струились с кровавого неба, стекали как жидкость по спинам камней и откосам скал. Свербящий зуд превратился в вой. Алекс чувствовал, что начинает терять адекватность. Голова раскалывалась, в глазах полыхали цветные пятна — пока еще не галлюцинации, просто перегруженные нервы сетчатки. Руки тряслись
так, что приходилось сжимать их в кулаки, чтобы контролировать движения.
— Сколько еще? — расколотым эхом прозвучал в шлеме возглас Виктора.
— Километр.
— Я не уверен, что дойду.
— Дойдешь. Или у тебя есть варианты?
— Ты всегда такой мотивирующий?
— У меня хотя бы не такие мотивы, как у тебя. Тогда, десять лет назад.
— И чем тебе не понравились мои мотивы? Тогда, десять лет назад?
Алекс сдержался.
— Это были мои мотивы, — сказал Виктор, не дождавшись ответа. — Тебе до них никакого дела не было.
— И сейчас нет.
— Ну и заткнись тогда?
Алекс снова сдержался — с огромным трудом. Вспомнилось, что Виктор не очень хорошо держал радиомагнитные тренажеры; во всяком случае, хуже чем Алекс сам. И, между прочим, хорошо, что сейчас закипел. Если бы смолк, ушел в себя — тогда было бы плохо.
Еще через десять минут Алекс почувствовал очередной симптом — судороги в мышцах ног. Это сильно сбивало шаг, что в итоге приводило еще к большему расходу энергии. Индикатор заряда уже давно миновал «апельсин» и катастрофически летел в «помидор» (красная зона, критика). В общем, покидать шлюп имея только эти костюмы — идея на поверку оказалась плохая. Но опять же — кто знал? Даже у шлюпа еще такого кошмара не было.
— У меня сводит ноги, — сказал Виктор.
— У меня тоже. Терпи.
— А я что, по-твоему делаю? Я, кажется, только и делаю, что терплю?
— А я, по-твоему, нет? Десять лет только и делаю, что терплю. Напомнить из-за кого?
— Заткнись, говорю. Терпелец.
Алекс стиснул зубы.
Наконец это случилось. В багрово-малиновой
полутьме по курсу возникла четверка мерно пульсирующих огней — обрамлявших диафрагму входа, у основания купола станции. На вершине купола угадывался маяк антенного блока. Северо-восточный сектор купола был занесен пеплом, который, казалось, застыл, растекаясь по матовой полировке вязкой черной мастикой. Вход представлял собой круглую диафрагму стандартных трех метров в диаметре, в кольце с четверкой конциклических точек-огней.
Алекс и Виктор остановились у сомкнутых лепестков. Справа виднелась панель с сенсором замка — круглая пластина со слепым, почти невидимым огоньком. Алекс тронул сенсор. Ничего не произошло.






