Она была такой красивой, сумеречной и нечеткой, как отражение луны в беспокойной воде. Его сознание пьяное от беспорядочных, тревожных видений, которые мучили его три дня подряд, наконец, не надолго, но обрело покой.
Нельзя ли продлить это мгновение на всегда? Пускай она всегда будет так мирно дремать рядом с ним.
Он долго спал. Сварог знал это, потому что все его тело одеревенело
и отзывалось слабой, но неприятной болью даже на невинные вдохи. Сварог пошевелился. К слабой боли прибавилась острая, от ожогов тела. Повязки ограничивали его движения, впиваясь в израненное тело, и, напрочь лишая Сварога желания привстать. Услышав шорох со стороны кровати, девушка проснулась, подняла голову и тут же поймала его измученный взгляд из-под прикрытых век.
— Не вставай, — сказала Лада уставшим, хриплым голосом и прильнула к нему, чтобы уложить обратно, — Ты ещё не поправился. Все твое тело в ожогах.
Он послушно лег обратно. Сварог попытался вспомнить то, что с ним произошло и встревожился, когда понял, что поджег подруге ноги.
— Как Марена? — впервые заговорил он, не узнав свой голос. — С ней все в порядке?
— Она сильная, уже почти поправилась. Ты в её доме.
Сварог осмотрел комнату ещё раз и только сейчас заметил, что видит это место впервые.
— Пожар потушили?
— Да, к счастью, Белобог вовремя подоспел.
Сварог ухмыльнулся. Белобог - её герой, а он - бесполезный вредитель. Нет, это была не ревность. Это была правда, которую Сварог придерживался в течении всей жизни. Так было безопаснее и для него, и для его близких. Каждое его проявление несло за собой ужасные последствия.
Как и сейчас. Как и всегда.
— Глупый ты, Сварог. Надо было сказать, что тебе нужно, Велес бы помог. В долине обитало много живности, и большинство погибли. — он не ответил, поднял свои глаза к деревянному верху комнаты, уже давно смирившись с мыслью, что от него одни проблемы. Раньше сложности в жизни были из-за невозможности пользоваться огнем, а сейчас, напротив: его сила, наконец, пробудилась и, к несчастью, стала угрозой для его близких. Сварог чувствовал вину. — Странные вы, — продолжила Лада, — Ты и Мара. Недоверчивые, дикие, закрытые.
— Спасибо, — усмехнулся Сварог, — Чужие, одним словом.
—
Я не это хотела сказать, — оправдалась Лада, поняв, что ему стало не приятно от её слов, — Прости, я просто переживаю. Боязно мне, как Боги твою судьбу решат, — Лада обратила внимание на его пересохшие губы и поняла, что он хочет пить, раньше, чем он сам осознал это. Налила ему воды, но вдруг замерла, когда он ответил.
— И ты прости за все, что я наговорил в тот день. Я не знал, что ты так сильно его любишь.
Лада бросила на него взгляд.






