У меня дома много места, к тому же я там почти не бываю. Пару дней полежит, пока Велес не успокоится и уйдет. — Радегаст молчал. Не нравилась ему эта идея. А Белобог за ними со стороны наблюдал и улыбался, не вмешивался. — Ничего он мне не сделает. Я за себя постоять смогу.
Радегаст выдохнул, не ответил, но Марена почувствовала, что она его убедила и победно улыбнулась, когда он продолжил идти, удобнее перехватив Сварога на плече. Марена встретилась с хитрым взглядом Белобога и отчего-то покраснела. Не любила она, когда так на неё смотрит. Будто душу её обнажил и высматривает там что-то.
Они быстро добрались до деревни. Намного быстрее, чем Мара шла со Сварогом и она в какой раз убедилась, что с неопытным путешественником дорога дается сложнее.
— У тебя же есть, куда его уложить? — спросил Белобог, когда они приблизились к дому Марены.
— Свою кровать отдам.
— Ещё чего? — возмутился Радегаст, —
На полу поваляется.
— Не прилично гостей на полу укладывать!
— Кто тебе такое сказал? Ты ему дом свой предложила, этого для него уже слишком много. Нет - так составит компанию моим коням.
— Да кто ж больных на полу лечит?
— Мара...
— Что Мара? Я не собираюсь спать с ним рядом, застелю для себя лучше место на полу. Я все равно под небом спать привыкшая. А он царевич, к тому же сейчас очень слаб.
Радегаст был готов зарычать от злости, но сдержался, зашел к ней в дом, уложил в постель Сварога и куда-то без слов ушел. Марена подумала, что он успокоиться ушел подальше от неё, но он вскоре вернулся, неся на своих плечах другую кровать.
— Свою что ли притащил? — удивился Белобог следя за тем, как он новую мебель в углу пристраивает. Радегаст не ответил. Зол был, недоволен. Марена хотела сказать ему спасибо, хоть немного смягчить его негодование, но отчего-то язык не повернулся добрых слов ему сказать. Она молча приняла его заботу, понимая, что никогда этого поступка его не забудет. Радегаст покинул её дом, так ничего от неё и не услышав.
Белобог укладывал Сварога на кровати получше, снял с его обувь, остатки верхней одежды и стал осматривать раны. К нему, вскоре, дабы отвлечься от неловкого случая, присоединилась Марена.
— Исцели его, ты же можешь, — попросила она, увидев как ужасны были его ожоги.
— Я ему не помогу, — ответил он, — Сейчас не смогу - он не дастся. Придется лечить народными методами. Медом, кажется, помазать надо, — он почесал затылок, сделав вид, что пытается вспомнить. Мара видела, что он играет, притворяется, но говорить не стала. — А я лучше Ладу позову. Она лучше знает, как быть.
Как неумело он, однако врал. Марена даже не думала
о том, чтобы поверить ему. Чтобы Белобог не знал о том, как ожоги лечить? Это почти смешно. Ей было не сложно понять, что задумал этот юнец, разгадала его хитрость и решила ему в этом немного помочь.






