Мяч обжёг кожу, уколол болью, но всё же сделал, что от него требовалось.
Она хотела попасть в центр площадки, но мяч полетел дальше, прямо на позицию Лапиной. И довольно быстро.
Она не ожидала. Да никто не ожидал. И Лапина точно
так же, как Лера в первой игре, нелепо подпрыгнула, не успела вытянуть руки и… поймала мяч своим лицом.
Звук удара щёлкнул на весь зал. Мяч отскочил в сторону, коснулся пола, и вслед за этим раздался свисток, сигнализирующий об успешной атаке. Лера стояла, не веря своим глазам. Повисла тишина.
— Осторожней, девочки! — скорее проворковала, чем прокричала учительница, и улыбка на её лице даже не дрогнула. — Не спи, Лапина, кто же так ловит? Руки есть, руки! Ты бы их ещё за спину завела, ну! Просыпайся!
Лера не смотрела на Лапину. Не могла. Она смотрела на свою руку — красную, горящую от удара, трясущуюся. Комментарии и шуточки с той стороны площадки прервались, но там словно началась гроза, и Лера кожей чувствовала давление, исходящее оттуда.
Мяч перекинули через сетку и снова отдали Лере.
— Давай! Ещё раз! — Гараева улыбнулась ей, впервые за весь урок. — Хорошо сделала! Так их!
Лера взяла мяч. Глубоко вздохнула, чувствуя, как дрожат пальцы. Подкинула его — и не смогла ударить.
Она увидела,
как в неё впилась глазами Лапина.
На щеке у той горел красный, расплывающийся след от мяча — идеально круглый, словно печать. Лицо её было перекошено от ненависти, глаза налились кровью и бешено вращались, не находя себе места. Лапина не моргала. Смотрела прямо на Леру, сквозь сетку, сквозь воздух, сквозь всё. Взгляд этот был страшнее любого крика.
Раздался звонок.
То ли спасительный, то ли как удар похоронного колокола — Лера так и не поняла.
Учительница засвистела в свисток, хотела что-то сказать о том, что игра закончена, но все и так всё поняли, поэтому она просто опустила руку и пошла к выходу из зала, на ходу поправляя волосы.
Лера бросилась в раздевалку.
Нужно было успеть схватить вещи и выбежать, но она не успела.
— Ты чё, сука рваная, попутала?!
Лапина уже была тут. Она влетела в раздевалку через секунду после Леры, тяжело дыша, и сразу накинулась, со всей силы толкнув её в грудь. Лера пошатнулась, ударилась спиной о шкафчик, но устояла. Лапина попыталась толкнуть снова, но теперь Лера была готова, и они сцепились — руки в руки, пальцы впились в плечи, ногти царапали кожу.
Лапина была сильной, жилистой, но побороть Леру у неё не хватало сил. Так они и застыли посреди
молчаливой толпы, сгрудившейся у входа. Никто не вмешивался. Все ждали развязки, затаив дыхание, как зрители в цирке.
— Ахерела в лицо швырять, псина? — заорала на неё Лапина. — Тебя уработать, а?
Лера тяжёло дышала, раздумывая, как прекратить сцену. Отец учил её давать отпор и идти до конца, но как же сложно это было на практике.






