Собираюсь приготовить пасту с грибами в соусе, но сливок в холодильнике не нахожу. Я была уверена, что купила их вчера в супермаркете, но, видимо, в спешке забыла.
— Давай попробуем сделать сливочный соус на молоке и масле. Знаешь, моя мама, бабушка Ратмира и Яны, именно так и готовила. Главное — добавить немного муки, чтобы загустить.
Мы ловко меняемся местами. Ольга Игоревна надевает фартук и подходит к плите, а я беру Ромку. Большую часть кулинарных рецептов, а особенно десертов, я узнала от неё. Женщина всегда готовила с большим удовольствием, приучала к этому дочь и обожала экспериментировать. Утверждала, что нужно не бояться заменять один ингредиент на другой, потому что иногда
лучший вкус открывается совершенно случайно.
Время летит незаметно. Я слышу поворот ключа в замке, опускаю сына в электрокачели и иду встречать Ратмира. Он может с порога выкрикнуть что-то пошлое и неуместное для чужих ушей, поэтому лучше предотвратить, чем потом краснеть.
— Как прошли поиски? — спрашиваю, целуя Мира в щёку. — Удалось найти что-то годное?
— Почти. Завтра съезжу ещё в одно место и определюсь.
Ратмир снимает обувь, а я расстёгиваю его рубашку на несколько верхних пуговиц. Проведя ладонями по шее и ключицам, наконец решаюсь.
— Представляешь, на прогулке я встретила твою маму.
Он напрягается.
— Даш… Это плохая идея.
— Дело в том, что она уже у нас в гостях. На кухне.
Мир закатывает глаза и раздражённо вздыхает. Я отступаю и указываю на изящные туфли-лодочки. Наверное, Ольге Игоревне было непросто совершать с нами длительную пешую прогулку, но чувства к внуку оказались сильнее.
— Ладно, пойдём, — кивает Ратмир, взяв меня за руку.
Ужин проходит в неловкой и скованной обстановке. Мир в основном молчит. Изредка стреляет в меня хмурым взглядом, когда я слишком много болтаю. Он может долго копить обиды, но я знаю одно: у него доброе сердце, и маму он безумно любит. А она — его.
— Отец ошарашил, что ты ушёл из политики, —
пытается завязать тему Ольга Игоревна. — Поделишься своими планами на будущее?
Я ерзаю на стуле, потому что в этом есть доля моей вины. Ратмир не посвящал в подробности, но чтобы забрать компромат раз и навсегда, пришлось завязать с деятельностью. У Авдеева были большие перспективы, планы и амбиции, которые перекрылись одним махом. Таких, как он, опасаются и не любят. Боятся, поэтому пытаются избавиться всеми доступными способами — даже самыми грязными.
По правде говоря, когда я только увидела Ольгу Игоревну в парке, то решила, что она пришла пообщаться на тему работы и попросить хоть как-то повлиять на Ратмира. Рада, что это не так. Как бы сложно ей ни было, она всегда пыталась понять сына и принять ситуацию.
— Пока нечего рассказывать, — Мир откладывает приборы, а я легонько толкаю его ногой под столом.






