Так сладко, что аж тошно.
— Вопросов нет — я с первого раза учла твои пожелания. Постараюсь не подвести и чаще радовать.
Ратмир перехватывает меня за запястье и глубоко дышит. Тянет на себя, а я слушаюсь и оторопело следую за ним, сползая с кресла и опускаясь у его ног на колени.
— Предлагаю от слов к делу, — произносит чуть тише и менее официально.
Ловко щёлкает пряжка ремня и скрипит молния. Я смачиваю губы языком, пульс сбоит. Отрешенно наблюдаю, как мужские руки снимают с плеч белый халат, раздевая догола.
Озарение, пусть и не сразу, но сбивает с мысли, а напускная деловитость и меркантильность разбиваются вдребезги с первыми же сложностями.
— Предупреждаю: слюнявые облизывания меня не интересуют, — диктует пожелания Ратмир, намекая на мой первый неловкий минет пять лет назад. — Давай-ка по-взрослому и с энтузиазмом.
Глава 9
***
Всё происходит быстро, грубо и пошло.
Во рту влажно, в уголках глаз выступают
слёзы, а на затылке туго стягиваются волосы. Кислород поступает не полностью — небольшими микродозами, из-за чего кружится голова и в геометрической прогрессии нарастает паника. Соски царапают плотную ткань мужских брюк. Тишина комнаты нарушается сбитым дыханием и громкими ударами сердца.
Я обескуражена, подавлена и уязвима. Не знаю, насколько это по-взрослому и с энтузиазмом, но Ратмир не церемонится, подчиняя меня полностью.
Подняв взгляд, я ловлю непростой зрительный контакт, чтобы ненадолго пролезть в голову Авдеева и разгадать его эмоции и чувства. Правда, тщетно. Кроме возбуждения и похоти ничего нет. Ни капли тепла, нежности и ласки. Взгляд острый, как лезвие, и жестко полосует. Радужка беспросветно-чёрная, почти дьявольская. Губы слегка приоткрыты, а грудная клетка высоко вздымается.
Кто украл твой компас, Мир?
Пол под ногами плывёт
и качается, будто во время мощного шторма, а меня уносит в самую гущу событий и накрывает волнами. Несмотря на расшатанное состояние — я не смотрю ни с просьбой, ни с жалостью. Ровно.
Упираясь ладонями в мужские бёдра, отстраняюсь, чтобы сделать полноценный глубокий вдох. Жадно хватаю ртом воздух. Вытираю подбородок от слюны. Спустя несколько секунд передышки, давление на затылке усиливается, а член легко проталкивается между моих губ и возобновляет движения. Я не сосу. Меня опять имеют.
Когда на языке и нёбе появляется знакомый терпкий вкус, я чувствую себя грязной и использованной.
В уши врезается негромкий, но короткий и искренний стон удовольствия. Мужские пальцы уже не стягивают волосы, а мягко и одобрительно перебирают пряди.
Пошёл ты…
Не понимаю, как это может нравиться.
— Почти так — со временем подстроишься, — произносит Ратмир, защёлкивая пряжку ремня и покидая кресло.
Я поднимаю халат дрожащими руками и натягиваю его на голое тело.






