ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очутившись практически в безвыходном положении, Макс собирается в долгое забвение — решение погрузить свое тело в анабиоз единственно возможное. Вероятность, что его тут найдут люди, минимальна и стремится к нулю. Система, в которой он оказался замкнут без возможности покинуть, не представляет никакой ценности для Содружества: ни ресурсов, ни кислородных планет, пригодных к заселению тут нет. Да и расположена она вдали от общепринятых маршрутов между Дивели и Хаманом. Кроме того, немногие рискуют посещать ее, так как здесь часто наблюдаются появления гуманоидной расы валлингов — эти зеленокожие головастые коротышки сильно недолюбливают людей и относятся к ним, как к надоедливым насекомым. После нескольких лет забвения в состоянии замороженного куска мяса Макс медленно приходит в себя — по его оценкам, это должно было произойти через лет тридцать, но действительность оказывается намного неприятнее…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он, голый и безоружный, фактически (считать оружием какую-то медицинскую подставку смешно) в одиночку завалил их почти сотню, а уж теперь, когда добрался до своего скафа и оружия, то сейчас местные коротышки будут ложиться упаковками,… точняк! Но устраивать геноцид и ввязываться в длительную полномасштабную партизанскую войну ему не хотелось абсолютно — скорее всего, тут найдутся какие-нибудь серьезные предметы против его снаряжения в виде местных дроидов или еще чего-то, что ему не понравится.

Мысли вертелись вокруг идеи внести панику и элементы хаоса в отлаженный механизм жизни этого летающего города-крепости. А учитывая паранормальные способности своего организма, парочка идей у него возникла тут же, и наш экспериментатор решил сразу же приступить к полевым опытам. За объект первого подлого выпада гадкого человека была принята контрольная панель хранилища. Вскрыл защитную крышку своими клинками и стал обрывать кабели: всего насчитал почти два десятка — четыре силовых и кучу сигнальных и контрольных.

— Искин, а как ты относишься к щекоткам? — поинтересовался исследователь-любитель вслух. Молчишь,… ну и ладно, а я вот в детстве очень любил, когда меня моя мама щекотала гусиным пером, вот помню как-то однажды…

Продолжая вспоминать свое счастливое детство, специалист замкнул первую пару наугад, совместив два силовых и два сигнальных кабеля, а потом, подождав некоторое время, проделал тоже самое со всеми остальными по очереди.

— Тебе понравятся щекотки! — загадочно улыбался Макс, продолжая опыты с подачей силового заряда в нежные каналы контрольных контуров местной энергосистемы.

Юли никак не могла забыть своего Максика — что-то внутри нее протестовало, когда она пыталась убедить себя в том, что его давно уже нет и надо устраивать свою жизнь заново. Дети скоро станут совершеннолетними: Герт сразу же улетит в академию ВКС Брилара, да и Элия, превратившаяся в очаровательную красотку, тоже далеко от него не отстанет — будущая специальность исследователя артефактов также связана с космосом. Тут и осталось всего ничего, пару месяцев…

— Вот вылетят птенцы из гнезда, тогда и буду принимать окончательное решение — подумала девушка и тут почувствовала внутри себя сильнейший укол боли, от которого потеряла сознание и повалилась на спину.

Это ее спасло: она сидела на одном из больших плоских валунов, в месте, куда они с Максом часто прилетали в первые месяцы их знакомства, а если бы она в это время плавала, то однозначно бы захлебнулась и пошла бы на дно — провидение спасло рыженькую от смерти. Красотка пришла в себя через полчаса — так она определила время своей отключки по нейросети.