ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очутившись практически в безвыходном положении, Макс собирается в долгое забвение — решение погрузить свое тело в анабиоз единственно возможное. Вероятность, что его тут найдут люди, минимальна и стремится к нулю. Система, в которой он оказался замкнут без возможности покинуть, не представляет никакой ценности для Содружества: ни ресурсов, ни кислородных планет, пригодных к заселению тут нет. Да и расположена она вдали от общепринятых маршрутов между Дивели и Хаманом. Кроме того, немногие рискуют посещать ее, так как здесь часто наблюдаются появления гуманоидной расы валлингов — эти зеленокожие головастые коротышки сильно недолюбливают людей и относятся к ним, как к надоедливым насекомым. После нескольких лет забвения в состоянии замороженного куска мяса Макс медленно приходит в себя — по его оценкам, это должно было произойти через лет тридцать, но действительность оказывается намного неприятнее…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Затем аппарат стал быстро набирать скорость, причем делал он это бешеными темпами — сидящую на месте пилота девушку вдавило в кресло от резкого ускорения — компенсатор не успевал сглаживать нестандартный разгон, который проводил бортовой вычислитель. А потом опять пришел удар, разрывающий на части сознание Юли — она закричала от боли и страха, не понимая, что с ней происходит. В этот момент с ней попытался связаться ее брат, но бортовой умник четко следовал указаниям своего недееспособного пилота:

— Пилот отключен от бортовых систем, связь блокирована, двигаюсь в аварийном режиме. В настоящий момент фиксирую неадекватное поведение разумной. Могу только предоставить видеоряд из кабины — пошел на единственную уступку электронный упрямец.

Клом пришел в шоковое состояние, когда увидел изображение из кабины флаера: его сестра билась в конвульсиях, удерживаемая несколькими страховочными ремнями кресла, лоб рассечен по все длине, а глаза заливало кровью, которая сочилась из раны. Рот девушки был открыт — очевидно, она кричала, но звука не было.

— Дай звук, железяка, что она кричит? — тяжело дыша смотрел на происходящее брат и не находил себе места.

— Отрицательно, звук компенсатора глушит все остальные звуки: сверхнормативная скорость полета, сбрасываю координаты конечной точки маршрута — отставной пехотинец получил пакет, и связь с бортовым вычислителем разорвалась.

Все это время с пилотом флаера, который двигался со значительным превышением допустимой скорости, пытались связаться местные диспетчера. Пилот, к их удивлению, не отвечал, но удалось получить некоторую информацию от бортового мозга агрегата, правда, ее было мало.

— Неадекватное состояние пилота, приступы неконтролируемых припадков и потери сознания. Разблокирован ограничитель скорости полетов, все попытки внешнего вмешательства игнорируются — разумный при смерти. Сбрасываю видеоряд состояния пилота и его последний приказ. Получено подтверждение от медицинского центра — расчетное время прибытия в точку восемь минут сорок четыре секунды. Прошу содействия.

Диспетчер думал недолго: с текущей скоростью движения флаера думать долго опасно — аппарат входил в зону регулярных полетов и угроза столкновения с неадекватным аппаратом росла с каждой секундой.

— Искин — обратился он к штатному ИИ аэроконтроля полетов в атмосфере — очистить зону для этого аварийного флаера, временный запрет для всех, без исключения. Выполнять немедленно!

К тому моменту, когда Клом прилетел в медицинский центр, Юли уже лежала в медицинской капсуле и проходила обследование — мужчина лишь мельком осмотрел открытый флаер сестры — зрелище было не для слабонервных.