Куда податься? В далекий город, в близкий? Поездом или автобусом? Наверняка Джо попытается мыслить, как беглянка, или же, наоборот, попробует предположить, каких мыслей Лин будет избегать, и, значит, мыслить самостоятельно она не будет — всецело положится на удачу и чужое мнение. Например, мнение кассирши или любое название населенного пункта, которое услышит первым.
Дурной подход, ведь это все равно, что кидать на игральный стол кости в надежде, что тебе выпадут две парные семерки. Удача, удача, сраная удача… На что полагаться — логику, эмоции, случайность? Одно Белинда знала наверняка: она не должна пойти на поводу у паники.
«Думай, девка, думай…»
Думать удавалось плохо. Народ спешил, будоражил мысли, отвлекал. Вот дед с бабкой волокут за собой сумку с шатающимся колесом — у бабки на голове платок, дед едва переставляет ноги — зачем им вообще куда-то ехать? Вот две подружки — судя по ярким чемоданам и хорошему настроению, эти катят на море — «удачи вам, хохотушки, наплавайтесь там за меня». Может, ей тоже на море? Вот только прибрежные зоны дорогие, а ей бы уединение — местечко тихое и затерянное на карте. Бизнесмены бесконечно бубнили про бумаги, отчеты, про то, что сразу по приезду отправятся в ресторан «Морна Тэ», где один из них уже побывал… Чужая жизнь, чужие цели и планы.
Бесконечно медленно, как хромая на обе ноги лошадь, очередь, наконец, доползла до окошка кассирши, и сквозь прозрачную перегородку на Белинду взглянули равнодушные глаза девушки-продавца.
— Куда вам?
Лин вдруг поняла, что так и не определилась с направлением.
— Куда идет ближайший… — поезд? Автобус? Лучше автобус, — автобус?
— В Дорнвуд.
Белинда едва не сматерилась — только туда ей не хватало. Как раз, чтобы повстречаться лицом к лицу с Килли.
— А следом за ним?
— Женщина! Следом за ним с разницей в несколько минут отходят автобусы в двадцати направлениях — вам все перечислить?
Горло свело нервным спазмом.
— На любой из них.
— Вы хотите, чтобы я за вас решала? Думаете, я за этим тут сижу?
Очередь колыхалась и волновалась, как море, — очередь не любила, когда кассиршу задерживали глупыми вопросами.
— Пожалуйста, на любой. Выберите, — тихо попросила Белинда, и девушка какое-то время ошалело смотрела на нее сквозь стекла круглых очков.
Наверное, она хотела сказать «Вы достали со своими заскоками! Я продаю билеты туда, куда меня просят, а не куда случайно ткнут мои пальцы на клавиатуре…» Наверное, ей хотелось сказать это или что-то другое — что-нибудь непристойное, — но покупательница так молила продавщицу глазами, что та, выждав еще несколько секунд, вдруг спросила:
— В Ринт-Крук подойдет?
— Это город? Большой? Далеко?
Накрашенные губы неприязненно поджались — слишком много вопросов; очередь за спиной колыхнулась сильнее.






