– Как в отношении чая? Думаю, что разговор у нас будет длинным, и чай нам не помешает.
Когда Павел сел в кресло, Александр Павлович, попросил его рассказать о задержании бандитов, о результатах обыска в комнате Корнилова. Максимов лишь на минуту задумался, размышляя о том, с чего начать. Он не стал кривить душой и все рассказал полковнику.
– Значит, тебе сейчас запретили заниматься этим делом.
– Так точно, товарищ полковник. Мне предложили уйти в отпуск… Сейчас этим делом занимается лично начальник отдела по борьбе с бандитизмом подполковник Лосев. Я слышал, что Корнилов отказался от своих показаний, мотивируя тем, что он написал свою явку с повинной под мою диктовку. Но, это – не правда!
– Успокойтесь, Максимов. Я уже приказал, чтобы дело передали в наше производство. Все это согласовано с прокурором республики. Я хотел бы, чтобы ты принял участие в работе оперативно-следственной группы.
– Товарищ полковник….
– Ты не переживай, я уже согласовал это с Москвой – она не против твоего назначения.
– Товарищ полковник, можно вопрос?
– Спрашивай…
– Как вы считаете, понесет ли ответственность руководство НКВД и судьи за все это. Ведь осуждены десятки людей, много расстреляно, за преступления, которые они не совершали?
– Сложный вопрос. Первое, что нам предстоит сделать, это задокументировать все эти преступления, закрепить все экспертизами. Вот когда все это мы с тобой сделаем, тогда можно говорить и об ответственности.
В кабинете стало тихо.
– Что будет с Лосевым?
– Пока его и целый ряд товарищей мы отстранили от работы. Иди и работай. Доклад – каждый вечер.
Противно лязгнула металлическая дверь КПЗ. В камере стало тихо.
– Корнилов! На выход с вещами! – выкрикнул конвоир. – Давай, быстрее!
– Вот видите, что я вам говорил, – радостно затараторил он, собирая свои вещи. – Да здравствует воля!
– Ты, что там умер? Я кому сказал, давай быстрее!
Василий выскочил в коридор и привычно уткнулся лицом в стенку. Дверь снова лязгнула и закрылась. Теперь этот лязг был ему сродни ласковой и приятной музыки.
– Вперед!
Они долго шли по лабиринтам коридоров пока не оказались в тюремном дворе. Яркий солнечный свет заставил Корнилова зажмуриться. Он хотел повернуть направо, к воротам, но сильный толчок в спину заставил его остановиться. Он обернулся и посмотрел на конвоира.
– Принимайте пассажира, – произнес конвоир.
Только сейчас Василий заметил «воронок» и стоявших около него двух конвоиров.
– Это вы меня куда? – испугано спросил он сержанта.
– Туда, откуда редко кто возвращается, – ответил военнослужащий и засмеялся. – О внутренней тюрьме госбезопасности слышал? Вот туда и поедем….
Что-то екнуло внутри Корнилова. Ноги стали ватными и не хотели ему подчиняться.






