ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Стихли ожесточенные бои на фронтах Великой Отечественной войны, но война продолжается. Теперь полем боя стали дворы и улицы Казани. В городе действует неуловимая банда, совершающая дерзкие преступления: налеты на государственные склады и жилища граждан. Она оставляет после себя лишь трупы сотрудников милиции и мирных жителей. Все совпадения имен и событий случайны. Банда Александр Аввакумов Стихли ожесточенные бои на фронтах Великой Отечественной войны, но война продолжается. Теперь полем боя стали дворы и улицы Казани. В городе действует неуловимая банда, совершающая дерзкие преступления: налеты на государственные склады и жилища граждан. Она оставляет после себя лишь трупы сотрудников милиции и мирных жителей. Все совпадения имен и событий случайны. Аввакумов Александр Банда ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Василий стоял у окна и внимательно рассматривал двор большого частного дома, который находился напротив старого дореволюционной постройки барака. Этот двухэтажный барак построил еще фабрикант Алафузов перед самой революцией и с тех пор, это деревянное строение не знало ремонта. Темное, грязное, покосившееся от времени окно было свидетелем многих исторических событий: Первой мировой и Гражданской войны. Пережил барак и очередную войну – Великую Отечественную. Потускневшие от времени стекла плохо пропускали уличный свет и поэтому в коридоре барака царил полумрак. В помещении пахло мочой, пищей и человеческими испражнениями. Где-то в темноте длинного и темного коридора слышались чьи-то шаги и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сейчас он сожалел о том, что послушал подполковника Лосева и отказался от первоначальных показаний.

– Давай, двигай, что встал! – произнес сержант и с силой ударил Василия прикладом автомата в спину.

Машина въехала с тюремный двор и остановилась, прижавшись правой стороной к стене. Из «воронка» выбрался конвой.

– Пошел! – командовал сержант, обращаясь к Корнилову.

Василий быстро спрыгнул и сев на корточки, заложил руки за спину. Из дверей показалось фигура офицера.

– Отведите арестованного в 215 кабинет, – приказал он конвою.

– Я – не арестованный, гражданин офицер, – возразил Корнилов и моментально пожалел об этом.

Удар прикладом в спину был таким сильным, что Василий упал на колени. Он стоял посреди лужи, ожидая нового удара.

– Встать! Вперед!

Поднявшись на второй этаж, он прижался лицом к стене, гадая, что его ждет за этой массивной дверью. Кабинет был небольшим и каким-то несоразмерным с тяжелой дверью. Посреди помещения стоял стол, за которым сидел знакомый Корнилову капитан Максимов.

– Садись, – произнес оперативник и указал ему на привинченный к полу табурет.

Какое-то нехорошее предчувствие возникло у Василия, когда он присел на табурет.

– Вы арестованы, гражданин Корнилов. Расследование передано органам государственной безопасности. Делайте из этого вывод.

Василий был буквально в трансе. Все, что ранее ему обещал, подполковник Лосев растворялось в воздухе словно мираж.

– Так, вернемся к нашим баранам. Вы, по-прежнему отрицаете, свое участие в банде? – спросил его Максимов.

Корнилов выслушал вопрос. Лицо его исказила кривая улыбка.

– Доказывайте, гражданин начальник. Я не из тех, кто встает на табурет и надевает на себя петлю. Докажете, значит, мое, а не докажете….

– Хорошо. Я вас понял, Корнилов. Здесь не уголовный розыск и методы допросов здесь другие. Сломаетесь, здесь не такие, как вы, ломались.

– Шмаков! – громко крикнул Максимов.

В дверях показался старшина, от вида которого у Корнилова внутри все оборвалось.

Геннадий Алексеевич Лосев проснулся от настойчивого звонка. Он по привычке поднял телефонную трубку, но она молчала. Только теперь он понял, что это звонил дверной звонок. Он включил настольную лампу и посмотрел на часы, они показывали три часа утра. Он поднялся и, сунув ноги в домашние тапочки, направился к двери.

– Кто там? – спросил он.

– Откройте, госбезопасность, – послышалось из-за двери.

Он обернулся. В проеме двери в спальню стояла супруга в наброшенном на плечи шерстяном платке. Она была явно напугана столь ранним визитом. Лосев открыл дверь и пропустил в квартиру трех молодых человек с армейской выправкой.

– Геннадий Алексеевич? – обратился к нему мужчина в шляпе.

– Да, – коротко ответил он. – В чем дело?

– Вы арестованы. Вот санкция на арест.