ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он популярный музыкант, красавчик и мажор. А она просто девушка и этого им достаточно. В тексте есть: любовь, подростки, романтика, секс, студенты, эротика Ограничение 18+ Сделай шаг Андрей Карелин Он популярный музыкант, красавчик и мажор. А она просто девушка и этого им достаточно. В тексте есть: любовь, подростки, романтика, секс, студенты, эротика Ограничение 18+ Сделай шаг Андрей Карелин Глава 1 Теплые струи воды стекают по моему дрожащему телу. Они смывают с моей кожи сонливость и усталость, а с моих волос восстанавливающую маску. Столько времени приходится тратить на кожу, волосы и ногти. Маникюр педикюр делать. А парни никогда этого не замечают. Они думают, что мы родились такими красивыми, что это нас природа наградила. А тени, тоналка и блеск для губ, каждая деталь в одежде, каждая ресничка должна быть на своём месте. Это же куча времени и куча сил. И всё это лишь для того, чтобы какой-нибудь прыщавый урод в контактике написал: «Ты красивая, как насчёт встретиться», и это ещё в лучше случае, а в худшем скинет фотку своего члена или другую мерзость. И стоит им только ответить, ни за что потом не отделаешься. Они думают, что со своей настойчивость смогут растопить моё холодное сердечко. Я уже дарила свою любовь (как громко сказано), я дарила чуточку своего внимания Косте, и что из этого вышло? Он решил, что ему можно всё больше и больше. И в какой-то момент он решил, что я должна отдаться ему. А я не хочу. И дело не в том, что я не хочу вообще заниматься сексом, я про

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Не спид, а вич, с вич можно годами жить и не заболеть спидом. А если будешь таблетки принимать, то вероятность родить здорового ребёнка почти сто процентов. — Он протягивает мне бумажку. — Вот, ретро вирусная профилактика на месяц. Будешь каждый день получать таблетки, только не забывай. И ребёнок не заболеет.

— А потом? — уже немного свыкаюсь с мыслью, что у меня может быть вич.

— А потом, сдашь анализы и будешь знать точно.

Он смотрит на экспресс тест, чем-то похожий на тест на беременность и говорит:

— Пока что негативный, но вич такая зараза может проявиться не сразу, так что принимай таблетки и раз в неделю сдавай анализы. А вот ещё, — кладёт он передо мной чистый лист и ручку.

— Это зачем? — говорю я.

— Пиши заявление об изнасиловании, я передам следователю. Только я тебя предупреждал, за ложное заявление — уголовная ответственность.

— Так, а если я не уверена, что меня насиловали. Я под наркотой была.

— Всё равно пиши, так и указывай, что подозреваешь, что тебя насиловали. А ещё напиши, что тебя похитили, — улыбается он.

— Вы мне не верите? — качаю я головой.

— А я никому не верю, я зоновский врач. Просто как это удобно, поймали на проституции, а ты говоришь, что тебя похитили и насиловали.

— Ну так ведь оно и было, — пытаюсь я ему донести, но он не хочет меня больше слушать.

Конвоир ведёт меня обратно в камеру. Насколько я знаю закон держать меня можно здесь не более трёх суток, прежде чем предъявить обвинения. И потому я устраиваюсь на койке поудобнее, сижу и жду. Книг здесь нет, чтобы почитать, ни телека, чтобы посмотреть. Но мне сейчас не до этого, я пока ещё от шока не отошла.

— Сытина, обед, — стучатся в дверь.

Я открываю окошко и принимаю от коридорного тарелку какого-то супа куском хлеба и чай. Стакан, судя по всему вернуть надо будет, хоть я бы его себе оставила, не удобно постоянно пить из пластикового.

— Спасибо, — говорю я и сажусь за стол.

Пробую супчик, но он такой пресный и безвкусный, что я отодвигаю его в сторону и кусаю хлеб. Никогда не пробовал атакой гадкий и липкий хлеб, я чуть не блеванул когда его попробовала. А откушенный кусок я просто выплёвываю в унитаз. Я допиваю несладкий чаёк и опять заваливаюсь на кровать, укрылась и дрожу, никак не могу согреться.

Вечером меня отвели в душевую, и там я встретила и других заключённых, в том числе свою соседку, которую драл эти двое на соседнем матрасе, когда я в себя пришла.

— Ты как там мелкая, как устроилась? — Подмигивает мне она.

— Да никак если честно, — говорю. — Я написала заявление об изнасиловании, а сейчас принимаю ретровирусные таблетки от вич.

— Какое изнасилование, — смеётся она. — Да к тебе никто не прикасался. Как притащили, так ты и провалялась все два дня. Поверь, я была рядом, и я всё видела.