– А теперь вперед… Пора!»
Он швырнул Режущий вихрь в цель. Заклинание не подвело.
Монстр отреагировал на потерю конечности весьма бурно. Заревел, затрясся. Пасти стали плеваться шарами заметно чаще. А Климов отлетел на десяток метров влево и нацелился на следующее щупальце, покороче, но гораздо толще. Однако не прошло и двух минут, как темно-красная громада распрощалась и с ним.
Вновь рев. И все больше светящихся сгустков. Один попал-таки в Матвея с Эрнестом, почти сразу после того, как третий Режущий вихрь достиг цели. ХП просело на семьдесят пять процентов. Маунту пришлось еще хуже, и Климов первым делом отхилил его.
Чем больше щупалец теряла громадина, тем активнее становилась. Взрывающиеся комья вылетали из пастей одно за другим. И когда Матвей, наконец, достиг цели – отсек половину конечностей, то понял, что легче стало ненамного. Но все же решил попытать счастья с еще одним Шквалом ледяных стрел.
Оформить над монстром черную тучу получилось далеко не сразу. Приходилось уворачиваться то от щупалец, то от желтых снарядов. Несколько раз Матвей бафал и отхиливал Эрнеста и чувствовал себя Цезарем, занятым множеством дел одновременно. И допусти он хоть одну ошибку – враг наверняка превратил бы его в Цезаря, но не в великого древнеримского полководца, а в другого, который салат… К счастью, ошибок удалось избежать, и тварь попала под ледяной душ, колючий и взрывающийся.
Заклинание заткнуло громадине еще четыре пасти. Климов решил продолжать в том же духе. Мелкими шажками, тратя ману, бафая Эрнеста, но он своего добьется…
С каждым новым Шквалом ледяных стрел дело шло быстрее и легче. Однако к концу сражения запасы маны у Матвея истощились на три четверти, и, готовя пару последних заклинаний, он с тревогой смотрел на арлекина. Тот висел в воздухе, и лишь по движениям головы можно было понять, что враг следит за Климовым.
«Потерпи еще немного, – мысленно обратился к нему Матвей. – Скоро и до тебя руки дойдут».
Наконец огромная тварь испустила громогласный стон, вздрогнула и замерла. Затем стала оседать, словно пена в стакане. Темно-красная плоть постепенно становилась черной. Матвей, памятуя о сросшихся уродливых головах на паучьих лапах, отлетел метров на сто и продолжил наблюдать.
Чудовище все еще съеживалось, но теперь вдобавок исходило извивающимися ростками черного дыма. Тот густел, обволакивая тушу, и через пару минут полностью скрыл ее под собой.
Как только это произошло, арлекин стал снижаться к поверженному монстру. Дыма было все больше, и похититель вместе с добычей нырнул в черноту.
Матвею очень не понравилось происходящее. Вполне возможно, шестирукий сейчас напитывается силой побежденного гиганта и в итоге вновь предстанет перед Климовым чем-то другим, гораздо более страшным.






