ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Несколько счастливых лет совместной жизни, взаимная любовь, кажется, прочно связывают молодую красивую пару. И когда между ними серой тенью встает женщина-призрак, опытная извращенная интриганка, обволакивая обоих своими черными чарами, состоявшийся брак подвергается тяжелому испытанию. Тревожащим воплощением нечистой тайны надолго останется она в их памяти… Будь со мной Джоанна Бриско Несколько счастливых лет совместной жизни, взаимная любовь, кажется, прочно связывают молодую красивую пару. И когда между ними серой тенью встает женщина-призрак, опытная извращенная интриганка, обволакивая обоих своими черными чарами, состоявшийся брак подвергается тяжелому испытанию. Тревожащим воплощением нечистой тайны надолго останется она в их памяти… Джоанна Бриско Будь со мной Шарлотте с любовью Благодарности Огромное спасибо Оливеру Беннету, Луиджи Бономи, Кэрол Бриско, Фрэнку Бриско, Холли Бриско, Клэр Калман, Эдит Кларк, Элеоноре Кларк, Рут Корбетт, Сесили д’Феличе, Тони Диксону, Питеру Гримсдейлу, Хелен Хили, Джулии Хоббаун, Аллегре Хастон, Кэрол Джексон, Таре Кауфманн, Николе Лакхерст, Фионе МакМороу, Шарлотте Мендельсон, Клементине Мендельсон, Рейчел Мендельсон, Теодору Мендельсону, Кейт Саундерс, Луизе Саундерс, Гиллиаму Стерну, Бекки Свифт, Каролине Третайн и в особенности Йонне Геллер, Александре Прингл и всем в «Блумсбери». 1 Ричард В тот день, когда был зачат наш ребенок, из небытия появился еще один человек. Она, словно невидимый призрак, витала где-то рядом, когда спермато

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Остальные в моих глазах были слишком колоритными личностями: старый злой Рен из университета, буйный МакДара, его девушка Катрин. Мы с ними были так давно знакомы, что понимали друг друга с полуслова, полувзгляда. Единственная зацепка, оставшаяся в памяти, — смутное и едва различимое, как крючок застежки-липучки, воспоминание: она разговаривала с Катрин в коридоре перед тем, как все ушли. Что-то в ней или в том, что она говорила, вызвало желание защитить ее, как будто она нуждалась в помощи.

Потом эта первая встреча с ней столько раз обсасывалась и переоценивалась, но тогда в моей памяти она осталась всего лишь размытым пятном. Мелькнувшей серой тенью. Ничем. Опасайтесь серых мышей.

2

Ричард

Но все по порядку. Меня зовут Ричард Ферон. Я вырос на побережье Корнуолла вместе с четырьмя сестрами. Родители особой строгостью не отличались, так что детство у меня было сумасшедшим, полная свобода, что вылилось в чрезмерную страсть ко всему городскому. Как только подвернулась возможность, я уехал в Лондон, где собирался начать сногсшибательную карьеру, хотя в глубине души немного стыдился своего среднешкольного деревенского образования.

Первые годы третьего десятка ушли на работу и онанизм. Я написал рецензии на бесконечное множество романов; я взял интервью у миллиона истеричных писателей; я совмещал эту жалкую работенку с попытками устроиться в какое-нибудь солидное издательство биографом; мои амбиции всегда шли вразрез с сформировавшимся у меня бессистемным методом работы. Короче говоря, я работал, дрочил и западал на женщин, в основном не на тех, которые мне подходили. Встревоженные и заинтригованные богини спускались со своих тронов, соблазненные моей неиссякаемой изобретательностью. Чаще всего замужние или несвободные, они привносили свои радости, а порой и мучения в мою по большому счету спокойную жизнь, заставляя меня страдать от одиночества больше, чем тогда, когда я еще был мальчиком-полудевственником.

От всех этих страстных влюбленностей избавить могли только годы. Когда мне перевалило за тридцатник, они волочились за мной тошнотворным шлейфом. У других за плечами была иная школа жизни: знакомства в клубах и на чужих квартирах, головокружительные приключения в Таиланде. Я же, в душе зацикленный на одном простачок и трус, встречался с примадоннами. На тему их похорон я фантазировал не меньше, чем думал о сексе: представлял сцену на кладбище, себя я всегда видел убитым горем, но держащимся в стороне, подальше от овдовевшего мужа, играющего желваками.

Со временем я все же поумнел, потому что мне повезло: я встретил Лелию как раз тогда, когда почувствовал, что перерос это все. Такое везение бывает раз в тысячу лет.