ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Альтернативный перевод повести известного немецкого сказочника Отфрида Пройслера. Крабат Отфрид Пройслер Альтернативный перевод повести известного немецкого сказочника Отфрида Пройслера. Пройслер Отфрид Крабат Перевод с немецкого Ксении Спынь Предисловие переводчика Слово Отфриду Пройслеру (1923 - 2013): "Мой "Крабат" - не история, предназначенная лишь для юношества, и не история исключительно для взрослой аудитории. Это история молодого человека, связавшегося с тёмными силами, которыми он очарован, пока не понимает, во что именно он ввязался. Это в то же время моя история, история моего поколения, это история всех молодых людей, которые сталкиваются с силой и властью, с их соблазнами и оказываются в их плену". Единственный официальный перевод "Крабата" на русский язык был сделан Эльвирой Ивановой и А. Исаевой в 1985 году. Это, без шуток, замечательный перевод, он удивительно передаёт красоту и тёмное очарование не такой уж детской сказки. Поэтому первая моя благодарность будет как раз Ивановой и Исаевой: ведь именно в их переводе я впервые познакомилась с этой историей, в которую влюбилась намертво, и к чтению немецкого оригинала меня тоже подтолкнул этот перевод. К сожалению, он не полон. Большинству поклонников "Крабата" известно о двух версиях текста на русском языке - "урезанном" и "полном" (включающем, например, поиски нужной могилы, попытку самоубийства и прочие милые вещи, к которым не всегда и не везде относятся с пониманием). Но, как оказалось, даже в малодоступном

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- А если мы уступим верёвку?

- Не смейте! - крикнул Андруш. - Тогда мне придётся до конца своих дней оставаться быком и жрать сено с соломой - имейте это в виду и не сломайте мне жизнь!

Тонда и Крабат со своим быком наделали шуму на скотном рынке Виттихенау и вызывали всеобщий восторг. Торговцы скотом сбежались отовсюду и окружили их. Несколько горожан и некоторые крестьяне, которые уже выручили серебро за своих свиней и коров, тоже столпились вокруг. Такого жирного быка встретишь не каждый день - тут следовало действовать, пока кто-то другой не увёл прекрасного зверя из-под носа!

- Сколько стоит этот парень?

Торговцы скотом со всех сторон уговаривали Тонду, крикливо надвигались на него вплотную. Мясник Краузе из Хойерсверды предлагал пятнадцать гульденов за Андруша, кривой Лойшнер из Кёнигсбрюка - шестнадцать.

Тонда покачал на эти предложения головой.

- Маловато, - пояснил он.

Маловато? У него, видно, с головой непорядок! Или он их держит за дураков.

Дураки или нет, заметил Тонда, это лучше всего знать самим господам.

- Ладно, - сказал Краузе из Хойерсверды, - даю тебе восемнадцать.

- За восемнадцать я его лучше оставлю себе, - проворчал Тонда. Не отдал он его и Лойшнеру из Кёнигсбрюка за девятнадцать, и крестьянину-переселенцу Густаву из Зенфтенберга за двадцать.

- Так иди хлопни рюмку со своим быком! - выругался мясник Краузе, а Лойшнер хлопнул себя по лбу и крикнул:

- Я должно быть совсем тупой, так разоряться! Я предлагаю тебе двадцать два, и это моё последнее слово.

Казалось, будто бы торг зашёл в тупик. Тут через толпу протолкался, отдуваясь на каждом шагу, как морж, нескладный толстый человек. Его жабье лицо с круглыми выпученными глазами блестело от пота. Он был в зелёном фраке, усеянном серебряными пуговицами, шикарная цепочка от часов висела поверх красного бархатного жилета, а на поясе - хорошо всем видный пухлый кошелёк.

Бычий Бляшке из Каменца был самым богатым и самым ловким из всех торговцев скотом окрест. Он оттолкнул Лойшнера и переселенца Густава в сторону, потом крикнул своим звучным грохочущим голосом:

- Как, к лешему, попал этот жирный бык к этому тощему крестьянину? Я беру его за двадцать пять.

Тонда почесал за ухом.

- Маловато, господин...

- Маловато? Ну, слушай!

Бляшке достал большую серебряную табакерку, откинул крышку, протянул Тонде: "Не угодно ли щепотку?" Сначала он нюхнул сам, затем дал понюхать старому сорбу.

- Апчхи - значит, правда!

- Будьте здоровы, господин!

Бычий Бляшке высморкался в большой клетчатый носовой платок.

- Итак, двадцать семь, чёрт с тобой - и давай его сюда!

- Маловато, господин.

Бляшке побагровел.

- Эй - за кого ты меня держишь? Двадцать семь за твоего быка и ни грошом больше, или я не Бычий Бляшке из Каменца.

- Тридцать, господин, - сказал Тонда. - За тридцать вы получите его.