ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В повести рассказывается о судьбе девушки, перенесшей групповое изнасилование, о принятии неоднозначного решения дать жизнь нежеланным детям. А также о силе воли и о добрых людях, встретившихся на ее сложном пути. Месть Мария Голованова В повести рассказывается о судьбе девушки, перенесшей групповое изнасилование, о принятии неоднозначного решения дать жизнь нежеланным детям. А также о силе воли и о добрых людях, встретившихся на ее сложном пути. Мария Голованова Месть …А снег не знал и падал… (из песни) Глава 1 После дикого родового крика ей совсем не хотелось смотреть на новорожденное существо. Оно отняло у нее последние силы. Как ни просили врачи молодую мамашу на мальчика, она отвернулась и погрузилась в сон. Ксения вновь увидела море. Оно ласкало ее утомившееся тело и звало далеко – далеко: вниз, в манящую глубину. И она нырнула так глубоко, как смогла, и стала уходить вглубь. Ей здесь было так хорошо: забытье, никаких проблем и умиротворяющая тишина. Тишина, которая томила и звала дальше. Хотелось все забыть, никого и ничего не слышать. Вода начала убаюкивать ее, но вдруг Ксюша задохнулась. Легкие не выдержали и исторгнули скопившийся воздух, заставив воду отдать молодое тело солнцу. Задыхаясь и крича, она вернулась к реальности. Около нее бегали врачи, суетились со шприцами мед – сестры, однако, крик, вырвавшись наружу за многие месяцы молчания, не стихал, а наоборот, усиливался и усиливался, заставляя тело судорожно двигаться на родильном столе. Через пять минут родил

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они поехали в банк, зашли к заведующей, объяснили, что хотят пожертвовать такую – то сумму денег по таким – то счетам и в такие – то организации. Они подписали кучу финансовых документов, отдали деньги в кассу и стали ждать их пересчета, чтобы получить квитанции. На это ушло время, но до закрытия девочки успели. Раскланиваясь перед богатыми клиентами, они отдали соответствующие квитанции. А супруги, довольные, что определили огромную сумму так удачно и быстро, решили обмыть благородные порывы в ресторане. И долго смеялись, представляя лица священника и заведующей роддомом, когда те увидят поступившие цифры. Однако на другой день Евгений в тайне от жены встретился с другом – следователем по особо важным делам и рассказал историю денег. Надо было обезопасить семью и иметь прочный тыл, на всякий случай. Тот пообещал присмотреться к обоим спонсорам. Они хорошо знали, что трусы и подонки падки на гадости.

Шло время. Отсутствие какой – либо информации от следователя устраивало Евгения. Значит, пока тишина, можно и расслабиться. Он с головой ушел в работу. Но звонок прозвучал. Сообщили, что оба друга переехали в Петербург, где устроились на места, подобные московским. Но без присмотра питерцы их не оставят. Оказывается, за ними шло «мокрое дело», поэтому, вероятно, они так любезно согласились на сделку с адвокатом. И смылись, заметая следы своих «подвигов». Теперь Евгений облегченно вздохнул: семьи были в безопасности, так как старых знакомых волновали более важные проблемы, чем студенческие промахи и хранившийся в адвокатском сейфе компромат. На этом история с валютной операцией Ксении была благополучно закончена.

А Ксения, ничего не подозревая, съездила с Мишкой и Ниной Николаевной на могилку к маме Вере. Безусловно, заехали в роддом. Там шел полным ходом ремонт, устанавливалось новое оборудование, мебель, менялся интерьер. Даже строители торопились к холодам сдать новый родильный зал, который пристраивали к основному зданию. Тамара Васильевна встретила их в своем обновленном кабинете, который теперь находился на первом этаже с отдельным служебным входом. Это новшество больше всего понравилось посетителям: бабушкам, мамам, отцам и прочей родне, чьи девочки рожали на втором этаже. Теперь любой желающий мог проконсультироваться с врачами в спокойной обстановке. Не успел Мишка выпить свой компот, как Тамару Васильевну вызвали наверх, потом позвали строители что – то согласовать, потом затрезвонил телефон. Гости посмотрели на заведующую, которая вздыхала, извинялась, просила подождать, и смеялись ее занятости. Стали прощаться. Тамара Васильевна погрозила пальчиком: «Это Вы, Ксения Александровна, виновны.