Я просто жила и была счастливой: в меня верила моя семья, а я любила их больше всего на свете. Да, в то время моими самыми большими трудностями были сдача экзаменов по литературе да поиск подработки. Ну и ещё моя жуткая стеснительность в отношении одного парня с курса, который мне нравился, но не более. А теперь уже поздно. Слишком поздно. Всё, Хлоя, твой концерт окончен, было весело, до скорых встреч! Кажется, тут я и встречу свою смерть…
Одна. И никто об этом не узнает.
По щеке скатилась слеза.
Я боялась одиночества всю свою сознательную жизнь. Но, на самом деле, даже при своей чрезмерной общительности, я очень странно контактировала со сверстниками: у меня было чувство юмора, которое не всегда понимали, не самый лучший вкус в одежде, зато я всегда была с ними честна. Иногда даже слишком. Но я всегда любила шумные компании и вечерние прогулки с Малией. Которой сейчас уже нет в живых. У неё были слабые лёгкие и, когда началась эпидемия, она оказалась в зоне риска. Её родители увезли её и самоизолировались, но было уже поздно – она подхватила вирус. Через месяц её не стало.
Она была моей лучшей подругой с детства. Мы ходили в один детский сад, школу и вместе поступили в колледж на разные направления. Я ей доверяла всё, а она меня поддерживала. И у меня не было ничего, что смогло бы ей помочь. Я переехала обратно к родителям, так как нас перевели на удалённое обучение, хоть это и продолжалось не так долго. Теперь мы были ближе, но нас разделяла улица и её болезнь. Мы просто общались по Фейстайму, много переписывались и старались как можно больше общаться, меньше всего уделяя внимание вопросу её стремительно ухудшающегося состояния, потому что такова была её просьба, и я её выполнила.
В день её смерти я заперлась у себя в комнате и не выходила два дня. Мне было сложно осознать потерю человека, который был рядом со мной практически всю мою жизнь. Её просто нет. Нельзя ей позвонить, спросить, как дела и как проходит её день. Больше нет Малии, как и миллионов других людей по всему миру. Её жизнь просто оборвалась на восемнадцатом году, и она не отметит девятнадцатый день рождения в кафе своего брата, как хотела весь этот год.
Она просто оказалась жертвой первой волны эпидемии.
Кроме того, нормальных похорон Малии не было – массовые мероприятия уже были запрещены, и я узнала через неделю, что теперь могу прийти на её могилу, что на кладбище неподалёку. На прощании с ней присутствовали лишь её родители, два старших брата и маленькая сестрёнка. Я навестила её через несколько дней, принеся с собой цветы и слёзы.
Рассказала ей о том, что Томми тоже подхватил инфекцию, но врачи уверяют, что у него легкая форма болезни. Вторая волна началась. У родителей и у меня, вроде, всё чисто. У нас хороший иммунитет.






