— Спокойный уверенный кивок много знающего и очень могущественного человека. — Давайте не устраивать сцен, просто вы едете с нами. Мы не враги вам. Церковь — наша мать. Всех нас. И раз его преосвященство послал за вами целый отряд, чтобы если что, смочь защитить вас, это однозначно важный разговор.
— Сеньоры, у меня другое предложение. — Я почувствовал, что успокоился, руки перестали дрожать, но концентрация при этом взлетела до небес — хоть сейчас огнём всех затопи. — Знаете, время сейчас
смутное
, опасное… — Выдержать паузу. Кожей ощутил, как заворочалось сзади в ножнах оружие у всех моих парней. — …А у вас НЕТ приказа о моём аресте. А значит езжайте-ка вы назад в своё Овьедо и передайте епископу Луке, что меня ближайшее время не будет, но пусть он держится.
Пауза. Встретиться с тяжёлым и насмешливым взглядом главного. Он надеялся, что я образумлюсь, но был готов к такому сценарию, — понял я. Хотя именно что «был готов», считал, что я всё же уступлю. Впрочем, его это мало волновало, раз готов — то знает, что делать, такого вояку сложно вывести из равновесия.
— А чтобы вы гарантированно нашли дорогу, — продолжил я, морально собираясь с духом — сейчас буду кардинально менять всю свою распланированную на годы жизнь, — мы вас до границы проводим. Сеньоры, предлагаю вам добровольно сдать оружие и снять доспехи, вы получите их перед границей с Бетисом.
— Вы издеваетесь, граф? — Это обалдел и вытаращил глаза Одоакр. Я ломал все шаблоны, ТАКОГО предложения от меня точно никто не ждал. И в принципе ни от кого на этом свете они не ждали бы такого, это за гранью добра и зла. Все слишком привыкли их уважать и бояться.
— Нет, это вы издеваетесь, сеньоры. Вы ПРИКАЗЫВАЕТЕ мне, владетельному графу. — А вот тут я позволил ярости слететь с поводка. — Мне даже король не может приказывать! Только рекомендовать. Кем вы себя возомнили?
— Граф, вы не понимаете, церковь… — начал Амвросий, но я перебил:
— Это просто церковь! Она занимается ДУХОВНЫМИ делами, а не мирскими!
Пауза. Все напряглись, понимая, что сейчас будет бросок — миром решить не получится. Но нужен чёткий обоснуй, и им, и мне. И им после такого нахального предложения, как сдача оружия, прийти в себя гораздо сложнее.
— ЦЕРКОВЬ не может лезть в дела мирян, — спокойно, но на грани, продолжил я. — Она заботится о душах. Мы, благородные — защищаем. Крестьяне — сеют и пашут. Мастеровые — работают. Купцы — торгуют. ЦЕРКОВЬ не может лезть к рыцарям и указывать что-либо без веского обоснования.






