ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сначала мы были друзьями. Затем стали соседями. Сейчас я хочу большего… Что я могу сказать о Чесс Куппер? Эта девушка способна поставить меня на колени. Я узнаю это примерно через пять минут после того, как разделся для нее. Никто не удивлен больше, чем я. Раздражительный фотограф, нанятый нашей командой для съемки благотворительного календаря не мой обычный тип. Она отражает все мои нападки и бросает вызов на каждом шагу. Но когда я с ней, все сожаления и тьма отступают. Она превращает жизнь в радость. Я хочу узнать её, быть рядом. И это плохая идея. Чесс ищет отношений. Я же никогда не давал женщине больше одной ночи. Но когда по воле случая Чесс остается без дома, я делаю ход и предлагаю свой. Теперь мы соседи. Друзья без привелегий. Становится все труднее держать руки подальше друг от друга. И чем дольше мы живем вместе, тем больше я понимаю, что она становится всем для меня. Фокус в том… теперь, когда заставил ее поверить что я худший вариант, как убедить ее дать шанс нашему навсегда?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы с Кэрри знали. Миа всегда была погружена в себя. Но ты никогда не понимала, правда?

Напротив, я поняла. Каким-то образом я знала. Примерно в то время, когда мне исполнилось тринадцать, она практически перестала смотреть на меня, словно мой вид причинял ей слишком сильную боль.

— Думаешь, когда-нибудь ты поговоришь с ней снова, Тру? — спросила она и покачала головой, — не бери в голову. Она бросит трубку, если ты ей позвонишь.

— Она не повесила трубку, — тихо сказал я.

Агги удивлённо посмотрела на меня.

Я сглотнула и объяснила.

— Я взяла номер у Кэрри и звонила ей вчера утром, — я попыталась вспомнить каждое слово из того короткого разговора с женщиной, которая родила меня, вырастила, а затем бросила, — не сказала бы, что это была искренняя беседа матери и дочери, и я подозреваю, что мы больше не будем разговаривать. Но она пожелала мне одного: чтобы красивых дней было больше, чем плохих.

Агги закрыла глаза.

— Лора всегда слишком много заботилась о красоте.

— Я не думаю, что она имела в виду именно это. Думаю, это был способ Лоры Ли сказать, что ей не всё равно. Прости меня, Агги. — Слеза скатилась по моей щеке. — Мне жаль, что я ушла, не оглянувшись. Я была потеряна, сестрёнка. Не знала, как смогу позаботиться о себе, не говоря уже о ребёнке, которого носила.

Агги ахнула. Она прикрыла рот рукой. Пока я продолжала говорить, глаза сестры наполнились слезами. Я рассказал ей всё.

— Я знала, что это была девочка, хотя мне отвечали, что не могут сказать наверняка. Какое-то время я думала, что смогу начать всё сначала и дать ей всё то, чего у меня никогда не было. Это продолжалось до тех пор, пока не начались родовые схватки, и я не оглядела убогую одноместную комнату, в которой жила. Там было грязно, а люди снаружи кричали каждую ночь. Я поняла, что не могу дать малышке ничего, кроме большей части той жизни, которую всегда знала сама. Роды проходили тяжело, в итоге врачам пришлось вырезать её из моего живота. Агги, я никогда не обнимала её. Я никогда этого не хотела. Не потому, что не испытывала к ней любви, а потому, что знала, — это лучшее, что я могу сделать. Я расписалась там, где мне сказали, и через три дня вышла из больницы одна. Я не могла быть похожей на Лору Ли и понимала, что если попытаюсь удержать малышку, то так и будет.

Агги молчаливо вытерла слёзы. Прошло несколько минут, а затем она посмотрела мне в глаза.

— Трули, послушай меня внимательно. Ты

никогда

не сможешь стать такой, как Лора. Слышишь? Ты веришь в это? Никогда. — Она опустила голову. — Чёрт возьми, я хотела бы, чтобы ты тогда открылась мне.

— Я говорю тебе сейчас.

— Я всегда была так поглощена мыслями о том, как тяжело мне было поддерживать Лору, пытаясь быть рядом с Мией и Кэрри. Я злилась на тебя, Трули. Но не имела права на это.