ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сначала мы были друзьями. Затем стали соседями. Сейчас я хочу большего… Что я могу сказать о Чесс Куппер? Эта девушка способна поставить меня на колени. Я узнаю это примерно через пять минут после того, как разделся для нее. Никто не удивлен больше, чем я. Раздражительный фотограф, нанятый нашей командой для съемки благотворительного календаря не мой обычный тип. Она отражает все мои нападки и бросает вызов на каждом шагу. Но когда я с ней, все сожаления и тьма отступают. Она превращает жизнь в радость. Я хочу узнать её, быть рядом. И это плохая идея. Чесс ищет отношений. Я же никогда не давал женщине больше одной ночи. Но когда по воле случая Чесс остается без дома, я делаю ход и предлагаю свой. Теперь мы соседи. Друзья без привелегий. Становится все труднее держать руки подальше друг от друга. И чем дольше мы живем вместе, тем больше я понимаю, что она становится всем для меня. Фокус в том… теперь, когда заставил ее поверить что я худший вариант, как убедить ее дать шанс нашему навсегда?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Трули определённо была кем-то особенным, и я не собирался сожалеть о прошлой ночи, как бы Сэйлор ни злилась по этому поводу. На самом деле, я бы с удовольствием вышел на бис, сумей Трули преодолеть свою очевидную вину за случайный секс.

«Если она сделала это однажды, она сделает это снова»

.

Такое было возможно. Я заставил её кончать множество раз — рукой, членом, ртом. Трули наслаждалась каждой чёртовой грязной минутой.

Поскольку с такими мыслями я не мог ходить, мне оставалось лишь делать глубокие вдохи, пока эрекция не ослабла. Как только восстановил над собой контроль, я заметил в углу за диваном свою гитару. Я схватил её и, переводя дыхание, опустился на диван. Этот инструмент помог мне пережить больше тяжёлых моментов, чем я хотел признавать. Я купил его в ломбарде в Эмблеме летом перед выпускным классом средней школы. Я никогда не брал уроки, но научился настраивать и играть основные аккорды самостоятельно. Парни всегда умоляли меня как-то использовать свой голос, но я не мог представить себя на сцене, под светом прожекторов и кучей мудаков в зале, которые ждут, что я всё испорчу.

Пальцы лениво пробежали по струнам, и меня захлестнула волна умиротворения. Большую часть времени я ходил нервный, в напряжении, казалось малейший толчок мог заставить меня провалиться во тьму. Если пил слишком много, алкоголь попадал мне в голову, и единственное, что я мог видеть, — это лицо, которое я стремился забыть и готов был сделать всё ради этого. Я не считал его своим отцом. Насколько я мог судить, у нас троих отца никогда не было. Но в те моменты, когда этот кусок дерьма прорывался вперёд, ухмыляясь, как настоящий злодей, я чувствовал, как во мне поднимается инстинкт убийцы.

Я начал играть и петь первую пришедшую на ум песню. И потерялся в музыке.

Даже забыл, что в доме я не один, вспомнил только тогда, когда сыграл последнюю ноту и поднял глаза. Сэйлор, тихо стояла неподалёку.

— Твой тёзка, — сказала она, слабо улыбнувшись.

Я пел песню Creedence Clearwater Revival «Long as I Can See the Light». Я знал наизусть всю их дискографию.

Сэйлор села рядом, а я отложил гитару. Она возилась с прядью волос и, казалось, глубоко задумалась.

— Я сожалею о том, что было раньше, — сказал я.

— Знаю, — ответила она. — И мне не следует лезть в твои дела. Просто у меня не так много друзей. Мне нравится Трули, и не хочу, чтобы она пострадала.

— Ты думаешь, я причиню ей боль?

Она посмотрела в мои глаза.

— Не уверена, что в твоих силах обратное, Крид.

— Это была всего лишь одна ночь, Сэйлор, вот и всё. Если хочешь знать, Трули, похоже, не слишком хотела, чтобы я торчал дольше, чем необходимо.

Сэйлор кашлянула.

— Чувствую себя немного виноватой. Это я настояла на том, чтобы она пошла с нами и повеселилась.

Я откинулся на спинку дивана.

— Ну, ей было очень весело.