Хотя Кроссу дали его первое ружье, когда он был еще маленьким мальчиком и охотился с этого момента, лев был его первой настоящей добычей. Он все еще чувствовал и чуял запах сердечной крови, хлынувшей на его тело из смертельно раненной львиной пасти, все еще помнил восторг, вызванный встречей со смертью и ее преодолением. Этот момент сделал его воином, о котором он всегда мечтал, и с тех пор он продолжал заниматься своим призванием, сначала как офицер САС, а затем как начальник Службы безопасности.
Бывали моменты, когда его действия ставились под сомнение. Его военная карьера резко оборвалась после того, как он застрелил трех иракских повстанцев, которые только что взорвали придорожную бомбу, убившую полдюжины солдат Кросса. Он и его оставшиеся в живых люди выследили бомбардировщиков, захватили их и заставили сдаться. Пестрая троица как раз выходила из своего укрытия с поднятыми руками, когда один из них сунул руку под мантию. Кросс понятия не имел, что там может быть у мятежника: нож, пистолет или даже жилет смертника, взрыв которого разнесет их всех на куски. У него была доля секунды, чтобы принять решение. Его первая мысль была о безопасности его собственных людей, поэтому он выстрелил из своего пистолета-пулемета Heckler & Koch MP5 и разнес всех троих иракцев в пух и прах. Когда он осмотрел их еще теплые тела, все они были безоружны.
На последующем военном суде суд признал, что Кросс действовал в свою защиту и в защиту своих людей. Он был признан невиновным. Но этот опыт не был приятным, и хотя он без труда игнорировал насмешки и оскорбления репортеров, политиков и активистов, которые никогда в своей жизни не сталкивались с более жестоким решением, чем принимать жирное или полуобезжиренное молоко в своем утреннем капучино, все же он не мог смириться с мыслью, что репутация полка, который он любил, могла пострадать из-за его действий.
Поэтому Кросс попросил и получил почетное увольнение. С тех пор боевые действия продолжались, хотя и не на службе Ее Величества. Работая почти исключительно на "Бэннок Ойл", Кросс защищал объекты компании на Ближнем Востоке от террористических попыток саботажа. Именно там он познакомился с Хейзел Бэннок, вдовой основателя компании Генри Бэннока, которая взяла на себя управление бизнесом и благодаря своей решительности и силе воли сделала его более крупным и прибыльным, чем когда-либо прежде. Она и кросс были одинаково упрямы, одинаково горды, одинаково эгоистичны. Ни один из них не желал уступать другому ни дюйма, но воинственный антагонизм, с которого начинались их отношения, был, возможно, источником их силы.






