Каждый из них испытал другого и обнаружил, что в них нет недостатка; из этого взаимного уважения, не говоря уже о жгучей взаимной похоти, возникла глубокая и страстная любовь.
Женитьба на Хейзел Бэннок ввела Кросса в мир, не похожий ни на один из тех, что он когда-либо знал, где миллионы считались сотнями, а номера в записной книжке принадлежали президентам, монархам и миллиардерам. Но никакие деньги или власть не меняли основ человеческой жизни: вы не были более невосприимчивы к болезням, не были менее уязвимы для пули или бомбы, и ваше сердце все еще могло быть разорвано надвое потерей. И точно так же, как деньги могли купить новых друзей, они также приносили с собой новых врагов.
Хейзел была африканкой, как и Кросс, и так же, как он, понимала и принимала закон джунглей. Когда Кросс захватил Адама Типпу Типа, человека, который похитил и позже убил дочь Хейзел Кайлу и ее мать Грейс, Хейзел сама казнила его. ‘Это мой долг перед Богом, моя мать и моя дочь’ - сказала она, прежде чем вытереть слезы, поднесла пистолет к затылку Адама и, крепко сжимая его, всадила ему пулю в голову.
Но смерть породила смерть. Хэйзел была убита. Кросс убил Карла Бэннока, одного из двух мужчин, ответственных за ее убийство. Теперь другой, Джонни Конго, ожидал казни в американской тюрьме. Он умрет, как и все остальные, но так, как предпочитала Джо Стенли: от смертельной инъекции, в камере смертников, по приказу суда. Может быть, это положит конец всем смертям. Впервые в своей жизни Кросс был готов рассмотреть возможность того, что пришло время уйти с поля боя до того, как его унесут в мешке для трупов. Теперь его жизнь была совсем другой. У него была дочь, которая уже потеряла мать. Он не мог позволить ей потерять и отца тоже. И у него была Джо. Она принесла мир в его жизнь и обещание другого, лучшего, счастливого образа жизни.
- Ты уже не так молод, как раньше, черт возьми, - сказал себе Кросс, вставая со складного парусинового табурета, на котором он сидел, чтобы съесть свой ланч с хрустом коленных суставов. Хотя его мышцы были все так же сильны, они, казалось, болели чуть сильнее, чем раньше. Возможно, пришло время позволить его правой руке, Дэйву Имбиссу и Пэдди О'Куинну, взять на себя руководство активными операциями арбалета. Одному Богу известно, что они справились с этой задачей. Как и белокурая русская жена Пэдди Настя, которая была столь же безжалостно опасна, сколь и великолепно красива.
Гектор взял удочку и побрел обратно в воды Тая, чтобы заняться послеобеденной рыбалкой. Но прежде чем он приступил к этой задаче, у него мелькнула мысль, что он почти готов сообщить Джо новость, которую она так жаждала услышать, что он готов успокоиться. Ведь как только Джонни Конго умрет, это будет последний из его врагов, который исчезнет.






