Посредине белела печь, за ней импровизированная кухонька, в единственной комнате стол, пара табуреток, лежак с комом постельного белья и пушистой подушкой. И еще на полстены — стеллаж. Точнее, деревянные самодельные полки, но полные разных книг. Я аж рот открыл. Как-то неожиданно в средневековой деревне-крепости увидеть внутри деревянного дома такую кучу книг! Я подошел ближе, водил взглядом по полкам, ухватывая глазами названия — чего тут только не было! Учебники по математике за второй класс соседствовали с астрономией за одиннадцатый, советская фантастика с советской же энциклопедией, справочник по русскому языку с тонкими томиками детективов, тут же множество разных справочников по агрономии, стопки журналов по садоводству.
Я почесал затылок. Это что же — все мое?
Насколько я себя помнил — науками сильно не интересовался. Ну, фантастику почитать, или там фэнтези — это да, интересно. Но вот агрономию или астрономию?
Кто же этот парень, за которого меня принимают?
И я вспомнил, что эти два субъекта меня все учителем величали.
Что, серьезно?
И учитель чего? Всего? И ботаники, и астрономии, и русского языка? Не многовато ли для одного человека? Я же не полиглот какой-то в этом теле? Или…
Ладно, решил я, по ходу дела разберемся. Может, это все не мое, а я лишь этот, как его, библиотекарь, а? Архивариус, ёлки! Просто храню у себя книги раритетные. Или вообще, собиратель всякого барахла, что другие выбрасывают. Этакий коллекционер, библиофил. Учитель, ага, сейчас. Это может кличка такая вообще! Чудак такой, что нахватается разных ненужных знаний, и ходит потом перед деревенскими девками, выделывается: а знаете, что это за цветок, а знаете, что это за звезда?
Осматривая помещение, я лихорадочно вспоминал основные условия игр реалрпг. Характеристики должны расти, если у меня будут источники для насыщения маны, энергии. Где ее брать? Обычно каких-то зомби нужно убивать, прокаженных. Но пока вокруг все люди нормальные. Выродки, которые за нами гнались в лесу? Возможно. Получается, они враги Системы, а это друзья — Митька и Поликарп. Ну, или просто статисты. Пока Система молчит, значит обстановка спокойная, можно передохнуть и освоиться.
В таком приподнятом настроении уже смелее, с улыбкой на лице, я подошел к полкам, выбрал одну из книг Стругацких в потертом переплете, бережно развернул и двинулся к кухне: пить захотелось.
Пролистывая пожелтевшие, мягкие страницы я, не глядя, взял с полки кружку, поставил рядом с крынкой на столе. Так же, не отрываясь от текста — нравился мне этот момент, когда дон Румата выругался по-русски, — налил воды и только потом остановился. Опустил левую руку с книгой, посмотрел на стол. Протянутая было к кружке правая рука задрожала.






