ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Большая Медведица с начала времен смотрит с неба на землю. На одиноко стоящую гору, вершина которой формой своей напоминает медвежью голову. На животных, которые бродят по всему свету. На людей, которых на Земле осталось только двое. Эта история о непрерывности времени и конечности эпох, о безграничной любви, которая живет даже после смерти, о том, как важно каждому до конца исполнить свое предназначение. Дереву. Камню. Женщине. Мужчине. Девочке. Медведю. Медведь Эндрю Кривак Большая Медведица с начала времен смотрит с неба на землю. На одиноко стоящую гору, вершина которой формой своей напоминает медвежью голову. На животных, которые бродят по всему свету. На людей, которых на Земле осталось только двое. Эта история о непрерывности времени и конечности эпох, о безграничной любви, которая живет даже после смерти, о том, как важно каждому до конца исполнить свое предназначение. Дереву. Камню. Женщине. Мужчине. Девочке. Медведю. Эндрю Кривак Медведь Коулу, Блэзу и Луизе, и еще Амелии Сущность его мы постигли лишь долгое время спустя. Ральф Уолдо Эмерсон. Эссе: вторая серия ~~~ ПОСЛЕДНИМИ ОКАЗАЛИСЬ ДЕВОЧКА И ЕЕ отец, жили они у старого восточного хребта, на склоне горы, которую называли одиноко стоящей горой. Мужчина пришел туда с женщиной, когда они были молоды, и построил дом из бревен и вытащенных из земли камней, скрепив их смесью болотной грязи и песка. Дом стоял на полпути к вершине горы и смотрел на озеро, окаймленное березами и черничником, — летом кусты тяжелели от ягод

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В тот вечер они развели самый могучий костер из всех, сидели рядом у огня, и на этот раз медведь рассказывал девочке не только те истории, что поведала ему мать, но и те, что слышал от других медведей, которых встречал на пути, — истории из времен, когда такие, как девочка, жили во всех уголках земли, истории из совсем далекого прошлого, когда таких, как она, было совсем мало. И про самое начало, когда не было совсем никого, когда леса, океаны и вся земля были совсем юными.

УТРОМ МЕДВЕДЯ УЖЕ НЕ БЫЛО. ДЕВОЧКА ИСПЕКЛА последнюю рыбину, согрела на завтрак чашку чая, бросив в костер ветки, из которых раньше смастерила коптильню. Доев, она еще некоторое время сидела у огня, дожидалась, пока он догорит, вдыхала запах древесного дыма и чистого меха — этот запах еще висел в воздухе, — гадала, в какую сторону двинулась бы, будь она медведем. Когда от костра остались лишь горячие угли, она положила два из них в жестяную кружку, накрыла зелеными листьями, золу и головешки на кострище забросала землей и воткнула в нее сосновые иглы: пусть выглядит так, будто через эту рощу просто кто-то проходил. А потом взяла лук, колчан и торбу и спустилась к берегу реки.

~~~

ВОЗДУХ ПРОГРЕЛСЯ, ВЕТЕРОК ВЕЯЛ ЛЕТОМ, пока она двигалась к югу. Юные птицы совершали первый полет. В кустарнике оленихи приглядывали за оленятами. Земляничины, мелкие и сладкие, созревали на горных лугах. Она каждый день замеряла на ходу длину своей тени и скоро обнаружила, что календарь вела правильно. Ей попадались приметы, которые она запомнила с тех пор, как проходила здесь с отцом, а потом в небе показался новый молодой месяц.

Она все шла и шла, вниз и вверх по склонам, через долины, спала под покровом древесных крон; когда ничего другого не находилось, вставала до зари, чтобы сполна использовать световой день. Копченую рыбу она доела уже давно и теперь питалась лесными растениями, как когда-то с отцом: не хотелось ей стрелять в животных, рядом с которыми были их детеныши. Костров она тоже не разводила.

Она продвигалась к югу, и однажды утром, когда небо было чистым, на западе заходила ущербная луна, а на востоке вставало оранжевое солнце, она поднялась, посмотрела вперед и разглядела вдалеке вершину одиноко стоящей горы — ее ни с чем не перепутаешь — в одном полном дне пути. Она вскинула торбу на плечи, вернулась обратно под древесные кроны и зашагала к долине, в сторону своего дома.

В ДОМИКЕ ВСЕ БЫЛО ТОЧЬ-В-ТОЧЬ КАК В ДЕНЬ ИХ ухода, лишь остались кое-какие приметы зимы. Сосновые сучья и иглы засыпали крышу, ковриком покрыли крыльцо и порог. Береза, вся в дуплах, сделанных дятлами, переломилась у самого комля и упала на сарай возле края леса, а когда девочка подошла к каменным ступенькам у входной двери, оттуда метнулась енотиха со своим выводком.