ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Май 1945. Война почти закончена. Офицеры секретного подразделения СС пробивают тоннель в параллельный мир, в котором победила Германия, завоевав Англию и оттеснив Красную Армию на Уральский рубеж. Первые боестолкновения завершились неоднозначно, но союзники не собираются мириться с существованием фашистского государства, пусть и в параллельном мире. Готовится совместная операция «Освобождение». Ситуация осложняется тем, что в параллельном мире Советским Союзом управляет Троцкий… Плацдарм Сергей Звонарев Май 1945. Война почти закончена. Офицеры секретного подразделения СС пробивают тоннель в параллельный мир, в котором победила Германия, завоевав Англию и оттеснив Красную Армию на Уральский рубеж. Первые боестолкновения завершились неоднозначно, но союзники не собираются мириться с существованием фашистского государства, пусть и в параллельном мире. Готовится совместная операция «Освобождение». Ситуация осложняется тем, что в параллельном мире Советским Союзом управляет Троцкий… Плацдарм Глава 1. ПРОРЫВ Пистолет, направленный на Вальтера, лишал его воли. Механически делая то, что ему велели, Вальтер представлял себе пулю, разрывающую внутренности, болезненную агонию на каменном полу этой огромной пещеры. Кто бы мог подумать, что Отто Штирнер, штандартенфюрер СС и начальник лаборатории научного оккультизма, под конец войны слетит с катушек. Хотя, глядя сквозь призму случившегося, этого можно было ожидать — учитывая то, чем они занимались последние месяцы… И все же, прежде чем з

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Сколько все это будет весить?

— Весить? — переспросил Саша, не ожидавший такого вопроса. — Не знаю, сложно сказать… несколько сот килограмм точно. Может, больше тонны.

— Больше тонны… — задумчиво повторил Владимир.

Саша в который раз склонился над схемой, нарисованной Штирнером — никак не получалось в ней разобраться, все время что-то отвлекало…

— Ты понял, как это работает? — спросил Владимир.

Саша не смог сдержать раздражение.

— Пока нет. И, если ко мне все время будут приставать, то вряд ли пойму.

Владимир взглянул на часы.

— Уже почти десять вечера. Надо отдохнуть, завтра будет тяжелый день.

— Некогда отдыхать, — буркнул Саша, — когда Штирнер с Вилли начнут собирать установку, я должен знать, что к чему. Иначе как я пойму, что дело движется к концу, и они готовы открыть проход?

Владимир, на секунду о чем-то задумавшись, ответил:

— Да, это верно, ты должен понимать… ладно, поработай пока, поговорим позже.

Саша, погруженный в проблему, едва ли услышал эти слова. Глядя на четкие схемы Штирнера, на поясняющие формулы, он чувствовал с возрастающей тревогой, что не может угнаться за мыслью немца. Их всех пояснений Саша понимал едва ли половину, и дело здесь было вовсе не в чужом языке — в конце концов, язык математики универсален. Путь, которым следовал Штирнер, кардинально отличался от избранного когда-то Громовым. Саша остро почувствовал, как ему не хватает помощи профессора. Где он сейчас? Саша спросил у Владимира, но тот уклонился от ответа, сказав только, что у Громова сейчас важные дела далеко от Москвы.

Надеясь, что от смены обстановки появится новая мысль, Саша решил закончить работу в цеху и отправиться домой, на Советскую улицу. Несмотря на поздний час, было тепло, в летнем воздухе угадывались ароматы цветения. Редкие фонари выхватывали из темноты кроны лип и тополей. Парочки прогуливались по недавно отремонтированному тротуару. Саша представил, как гуляет по этой улице с Машей. Было бы здорово встретить ее сейчас — совершенно случайно, конечно. Против воли он начал выглядывать — не мелькнет ли знакомая фигура? — и тут же себя обругал: ты ведь собирался думать о деле!

Он дошел до дома, так ничего и не решив. Внутри Василий возился в своей импровизированный фотомастерской, устроенной в подполе. Из открытого люка шел красный свет, так что порою казалось, что там затопили печь.

— Кто там? — как всегда, сварливым тоном спросил Василий. Саша отозвался.

— Свет не включай, — распорядился фотомастер, — я работаю.

А я как будто нет, подумал Саша, но возражать не стал. Впрочем, свет ему был не нужен — схему Штирнера он уже выучил наизусть. Саша лег на кровать и попытался еще раз понять, каким образом немец хочет получить плазму и как собирается управлять ею.