И этой армии понадобятся дороги, по которым будет двигаться стальной кулак танковых дивизий. Значит, проход нужно открыть недалеко от шоссе. Но при этом — как можно ближе к военному городку, чтобы снизить риски дальней поездки. И еще один момент — надо будет убедить «герра Быстрова» в необходимости полевых испытаний. Как именно — Штирнер пока еще не придумал, но он был уверен, что обязательно придумает.
Немец не собирался долго стоять у карты — ни к чему привлекать внимание. Ему достаточно было одного взгляда, чтобы запомнить нужный район. От военного городка по Авиационной улице совсем недалеко до Горьковского шоссе — а там уже прямая дорога до Москвы, причем с направления, откуда никто не ждет — с юго-востока. Что ж, далеко ехать не придется.
И еще — нужно оружие. В решающий момент «герр Быстров» не должен сорвать операцию. Штирнер не сомневался, что у него будет возможность сделать острый нож, когда он получит доступ к станкам — разумеется, для того, чтобы изготовить необходимые для установки детали.
Немец почувствовал удовлетворение — похоже, все складывается, как надо. Остается лишь пожелать, чтобы так и продолжалось.
Глава 19. ПО ОБЕ СТОРОНЫ БАРЬЕРА
Генерал-фельдмаршал Хайнц Гудериан, получив указания из Берлина, мысленно поморщился: он привык планировать операцию, когда ее цель и задачи полностью известны. Сейчас же от него требовалось работать втемную: верховное командование сухопутных войск, ничего не объяснив, потребовало привести в полную боевую готовность все войска, дислоцированные в инспекторате Москва, для проведения широкомасштабной военной операции.
Гудериан, получив этот приказ, пребывал в полном недоумении: что за операцию замыслили в командовании? Разговор с Берлином ничего не прояснил. Единственное, что Хайнцу удалось узнать от друзей в генеральном штабе — возможно, эта активность связана с недавними боевыми действиями в Тюрингии, о которых ходило множество слухов. Для Гудериана, любившего определенность, какой бы она ни была, это сведения мало что значили, поскольку одну загадку замещали другой.
Но, так или иначе, приказ следовало выполнять.
Генерал-фельдмаршал подошел к карте инспектората, занимавшей почти всю стену его просторного кабинета. Он вспомнил, как фюрер вначале планировал затопить Москву, стереть столицу мирового большевизма с лица земли. Однако здравый смысл все же взял верх — в этом городе сходились все дороги, пересекавшие необъятные просторы от полярного круга на севере до субтропических широт на юге, что имело колоссальное стратегическое значение. В конце концов, после бурных обсуждений в имперской канцелярии, фюрера удалось убедить, что первоначальный план нужно если не отменить, то, по крайней мере повременить с его воплощением.






