ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это вторая книга трилогии «Вятское вече». Ветрами судьбы главный герой, будучи в новом статусе потомственного боярина, попадает в различные ситуации и как он из них выберется вы можете узнать прочитав эту книгу. При создании обложки использовалась картина Аполлинария Васнецова «Старая Москва» и портрет князя Дмитрия Холмского. Боярин Владимир Босин Это вторая книга трилогии «Вятское вече». Ветрами судьбы главный герой, будучи в новом статусе потомственного боярина, попадает в различные ситуации и как он из них выберется вы можете узнать прочитав эту книгу. При создании обложки использовалась картина Аполлинария Васнецова «Старая Москва» и портрет князя Дмитрия Холмского. Владимир Босин Вятское вече 2 Боярин 1 Это моё первое Рождество в новой ипостаси. Главный праздник для православных. Филиппов пост прошёл для меня незаметно, я искусно манкировал своими обязанностями, за что периодически получал нагоняи от отца Ферапонта. А вот сочельничали мы всем табором, постились до появления первой звезды. Вечерняя трапеза началась с кутьи — ячменной каши слегка приправленной мёдом. Я, на правах главы семейства, вынужден был придерживаться всех установленных правил. Стоял ночью службу в церкви и принимал славильщиков — соседей, которые ходили по дворам «с вестью о рождении Христа». В сам день Рождества наши женщины испекли калачи из особого теста, а также налепили фигурки животных из теста. С ними мои оболтусы пошли по соседям, вручая гостинцы. На рождественском столе у нас богато по мес

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вместо взаимовыгодного сотрудничества он предпочёл другое, не менее выгодное. Пользуясь близостью к городу и особенностями рельефа реки, он высматривал купеческие караваны со своего берега. Определял наличие охраны и размер каравана. Если решал, что дело стоящее, подавал сигнал своим разбойникам. В этом месте река петляет, а от деревеньки до подходящего для нападения место совсем рядом, если лесом. Вот и грабил помещик торговцев. Товар скидывал через знакомых торговцев, трупы объедали довольные раки на дне Вятки.

А Ирина, а что Ирина? Что она могла сделать? Написать предъяву в компетентные органу? Так её вместе с мужем по-любому бы казнили.

Когда я оставил её в живых, она решила бежать к отцу с наступлением тепла. Но потом решила открыться мне и вручить свою судьбу, так сказать.

— Ладно, я тебя понял. Буду думать, в принципе идея хорошая. Дозволяю написать письмо батюшке, пусть навестит меня. Тогда и поговорим.

— И ещё, с завтрашнего дня перебираешься в гостевой дом, выбирай комнату и живи.

Удивительные времена. Домочадцы восприняли тот факт, что бывшая хозяйка сначала перешла на должность посудомойки, а потом вернулась назад в бывшие покои — абсолютно спокойно. Наверное, если я бы пригнал медведицу и поселил бы в доме, тоже приняли бы с философским спокойствием. Единственно, кто завибрировал — это Лукерья. Она почувствовала угрозу своему новому положению, которое ей очень нравится. Пришлось проводить беседу:

— Луша, ты следишь за порядком в имении и держишь отчёт только передо мной. Забудь про Ирину, она только временно переведена в дом. Считай, что её нет для тебя.

Интересно, новая постоялица заявилась на вечернюю трапезу.

Она сменила замызганный сарафан на новую одёжку. Я же выгнал женщин в том, что было на них. Вот Ирина и сменила обличие, сразу стала похожей на боярыню. И её появление в обеденной зале говорит о многом. Например о том, что она не собирается сидеть взаперти и хочет изменить своё положение. Но при этом, она остановилась на входе и присоединилась к нам только после моего одобрительного кивка.

Не дура, не стала моститься ко мне, а села на углу.

Вообще в это время женщины не сидели за одним столом с мужчинами. Для этого существовал «бабий угол» на женской половине. Тем более если за столом были не только родственники.

Но это касалось жён и детей. А Ирина мне никто и она рискнула нарушить это табу. Для меня это признак её желания изменить статус с подчинённого на независимый. Но с оглядкой на моё мнение, поэтому я улыбнулся и мы продолжили трапезу.

Стол сейчас играет важную сакральную роль, как и «красный угол» в доме.

Его заносили в комнату и никогда не двигали. За столом работают свои законы, «в доме стол — Божий престол», вот так.