За столом нельзя шуметь, смеяться, сидеть в шапке или со скрещенными ногами.
Разумеется самодуру — боярину можно всё, даже лечь в шубе на стол и орать песни.
Рассадка строго «по чину». Во главе старший мужчина, затем остальные. Глава начинает первым, снимая «пробу». Из-за стола тоже выходят вместе, после главы. Вразнобой вставать не принято, это называется «ломать стол».
Так и у меня в доме, по обе руки сидят Трифон и литвин Юргас. Они мои старшие сподвижники, гридни. Далее по установленному порядку, у каждого есть своё местечко. На приставных скамьях сидят младшие.
Вот туда и уселась наша гостья, между Пахомкой и Лютом. Села с вежестью, потупилась и вскоре мы забыли про её существование.
8
Конец марта, а морозы продолжают сковывать реку. Я с нетерпением ожидаю схода льда, у меня обширные планы. Пока лёд ещё крепок, я с дружиной побывал в селе. Забрал товар у Семёна, с удовольствием побарахтался с Маней, но причина приезда иная.
У меня дело до отца Ферапонта. Просидев в его пристройке битый час ушёл так и не поняв его намерений.
Дело в том, что в моей деревеньке нет церкви. И считается что у неё нет будущего. Крестьяне ездят в город молиться и возят туда новорожденных. Вот я и решил пригласить уже знакомого мне попа.
Отец Ферапонт меня полностью устраивает. Он, как и я, здесь чужой и пытается устроиться, подняться на ступеньку выше. Я предложил ему перевестись к нам. Возведу за свой счёт церковь и даже жилой дом для священника поставлю. Опять-таки город — рукой подать, цивилизация, а не медвежий угол. Глядишь через лет десять деревня войдёт в посады Хлынова, они и так разрастаются в нашу сторону.
Батюшка выслушал мои доводы и пообещал подумать, типа бог подскажет. Я бы предпочёл побольше конкретики. Для себя решил, если откажется — попрошу архимандрита подобрать нам другого.
Когда перевалил апрель наконец начал таять снег. В этот день я приехал к Григорию, с которым мы за зиму не единожды сидели за общим столом.
Вот и сейчас несколько его побратимов — собутыльников уговаривали меня принять участие в походе. Собственно я не против, рано или поздно предстоит повоевать. Вот только боязно немного.
Карта земель русских в нашем регионе приблизительно такая:
На севере Новгородская Республика, с юга подпирают племена вотяков, за ними Золотая Орда в лице Казанского ханства. На востоке пермяки и на западе через черемисов выходим к Великому княжеству литовскому.
— Зимой поганые разорили селища союзных нам удмуртских племён. Пожгли всё, что может гореть. Стариков поубивали, остальных угнали в плен, — это что я услышал от посуровевших воинов. Нас человек десять, в основном я всех уже знаю.
— Московский царь Иван III собирается вести войско с ополчением на Казань.






