ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Балы, красавицы, лакеи, юнкера? Как бы не так - зависть сверстников, ненависть старших, попытки убийства - вот она, жизнь Романова в этом мире. Моя тетка стала царицей, и за это весь наш род должен умереть. Много врагов у рода Романовых, многим мы поперек горла. Вот только они не знают, что я не простой младший княжич. Я пришел из другого мира, и если потребуется, поставлю на колени этот. Я - Романов, и этим все сказано. Романов #15 Владимир Кощеев Балы, красавицы, лакеи, юнкера? Как бы не так - зависть сверстников, ненависть старших, попытки убийства - вот она, жизнь Романова в этом мире. Моя тетка стала царицей, и за это весь наш род должен умереть. Много врагов у рода Романовых, многим мы поперек горла. Вот только они не знают, что я не простой младший княжич. Я пришел из другого мира, и если потребуется, поставлю на колени этот. Я - Романов, и этим все сказано. #Бояръ-Аниме. Романов. Том 15 Глава 1 Московский особняк князя Красноярского . Князь Романов Дмитрий Алексеевич . Марина Кирилловна не позволила никому меня будить. А чтобы я и сам не подскочил раньше, чем высплюсь, искусственная помощница еще и будильник мой отключила. Так что, открыв глаза около десяти утра, я несколько секунд осознавал, почему за окном так светло. И только посмотрев на часы, стоящие на прикроватной тумбочке, осознал, что проспал не так уж и много, хотя и больше обычного. Выбравшись из постели, я не стал одеваться и прошел в ванную. Здесь уже лежала на своем месте шкатулка с линзами и инъектор, в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Так что и вести себя следовало так, как положено. Я — Романов, и каждый должен видеть с первого взгляда, что ему стоит отступить в сторону, чтобы не навлечь на себя мой гнев.

Изменение нашего положения при дворе меньше чем за год уже ощущалось намного сильнее и ярче. Все знали, что Игорь Михайлович начал свой путь к трону с участия в создании моих наноботов. А значит, я и мой клан входим в ближний круг цесаревича. Вызывать неудовольствие у такой силы не у каждого хватит духу.

И передо мной расступались, организуя живой коридор, придворные, слетевшиеся в Кремль. Кто-то даже кланялся ниже, чем того требовал этикет. Но несмотря на внешнее проявление настолько глубокого почтения, я кожей чувствовал пронзающие взгляды ненависти и зависти.

Люди всегда остаются людьми, и чем выше ты поднимаешься по социальной лестнице, тем больше у тебя недоброжелателей. Так устроена наша природа, и здесь главное не дать им шанса скинуть тебя с вершины горы. Но любой, кто протянет к нам руку в попытке навредить, этой руки и лишится. И об этом всем известно.

— Дмитрий Алексеевич, рад вас видеть, — кивнул мне Ерофеев, выйдя из очередной боковой двери. — Как ваше здоровье?

Выглядел личный целитель государя сам не слишком бодро. То ли не стал магию применять, чтобы откатить ущерб, нанесенный смертельным ядом, то ли сил у дара не хватило, чтобы полностью избавить Ерофеева от последствий.

— Взаимно, Константин Владимирович, — ответил я, едва обозначив наклон головы. — На здоровье не жалуюсь. Надеюсь, вы тоже?

Мужчина чуть дернул уголками рта, пристраиваясь рядом со мной. Теперь всем будет видно, что мы идем к тронному залу, где Игорь Михайлович изволит принимать кандидатов в род Милославских, вдвоем. А придворный врач — это величина, пусть он и не смог выручить Михаила II, но у него была уважительная причина для этого. А значит, и сам Константин Владимирович своего положения и привилегий не потерял.

— Пока что не все последствия прошли, — ответил Ерофеев, покачав головой. — Но я работаю над этим. Кстати, вы же не откажете мне, если я попрошу вас поделиться своими наноботами?

Я улыбнулся в ответ.

Мы как раз подошли к высоким двустворчатым дверям, ведущим в тронный зал. «Стражи» при нашем приближении вытянулись в струнку, одновременно с этим потянув за массивные ручки.

— Конечно, Константин Владимирович, — легко согласился я. — Кроме того, я бы хотел, чтобы вы, как профессионал целительского дела, приняли участие в разработке улучшенной версии наноботов.

Личный целитель государя, а теперь цесаревича, кивнул с благодарностью.

— Сочту за честь, Дмитрий Алексеевич.

Финал нашего разговора был достаточно громким, чтобы все благородные люди, скопившиеся перед дверьми, его услышали.