ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Январь 1999 года. Катя знакомится с потомком русских эмигрантов Майклом, и кажется, что возникшая искра симпатии разгорится в пламя настоящей любви. Но выясняется, что Майкл – родной правнук последнего российского императора Николая II, и, создавая семью, он обязан руководствоваться чувством долга. А в это время в Москве идет подготовка к схватке за власть. Один из претендентов – влиятельный губернатор, генерал Деев. Нанятые олигархом Ольховским проныры-консультанты предоставляют ему весомые аргументы, что семья Николая II была спасена и, возможно, где-то скрывается венценосный наследник. Деев задумывается о его ликвидации. Этого же хотят два спецагента секретной службы одной из западных стран. Действуя согласно тайной директиве вековой давности, они должны сыскать и уничтожить прямых наследников дома Романовых. Вскоре в российской глубинке зверски убивают неимущего старика. Распутывая это дело, следователь выясняет, что старик страдал болезнью Алексея Романова, а еще находит написанное в 1941 году письмо царевича, которое переносит нас в 1918 год.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Извинившись перед дамами, Майкл отошел к столику, где стояла фруктовая ваза, и, взяв яблоко, вернулся к генералу. Сестры с интересом следили за ним. Генерал, делая вид, что все это ему крайне неинтересно, тем не менее скосив глаза, тоже наблюдал за ним. Майкл тем временем, слегка поднатужившись, разделил фрукт пополам и протянул генералу обе половинки. Тот слегка удивился:

– Объяснитесь…

– Все очень просто, – ответил Майкл, – поскольку яблоко делил я, то право выбора дольки должно быть за вами. Если бы яблоко делили вы, то первым выбрать дольку должен был я. И поэтому, кто бы из нас его ни делил, он будет стараться сделать это честнее, и если все же ему достанется меньший кусок, то винить в этом он будет только себя. Значит, не так делил!

– Здорово! – захлопала в ладоши Катя. – Я считаю, что выиграл Майкл.

Генерал протестующее поднял было руку, но зычный голос распорядителя бала объявил:

– А сейчас, уважаемые дамы и господа, по традиции будут разыгрываться фанты!

Все тут же зашуршали бумажками. Даша первой оторвала от своего приглашения прикрепленный к нему конвертик и осторожно вскрыла его край.

– Пусто, – разочарованно сказала она, – опять пусто! А впрочем, чего я могла еще ожидать, ведь я такая везучая! – с сарказмом сказала она и со словами «а что у тебя?» попыталась заглянуть в фант Кати.

– У меня танец! – раскрыв свою бумажку, ахнула Катя и звонко крикнула, размахивая фантом: – Господа, господа, у нас танец!

Все сразу посмотрели в сторону Кати.

– А у нас песня, – послышался голос с левой части зала, и все как по команде обернулись туда. Там с фантом в руке рядом с дамой стоял жгучий брюнет. Лицо распорядителя бала озарила улыбка.

– Награда нашла героя! – возопил он, указывая на брюнета. – Этот господин, войдя в непростое положение устроителей бала в связи с внезапной аварией во дворце, абсолютно без-воз-мез-дно, то есть даром, предоставил свой замечательный ресторан! Позвольте представить, дамы и господа! Его зовут… – Но увидев, что брюнет едва заметно покачал головой, продолжил, меняя тему, как ни в чем не бывало:

– По нашим канонам после полонеза дебютантов должен состояться танец-фант! – сказал распорядитель и объявил: – Всеми любимая Екатерина Кузнецова со своим кавалером!

Вокруг захлопали в ладоши, а Катя, сказав, что танец будет наградой Майклу за выигранный спор, грациозно протянула ему руку. Дирижер взмахнул палочкой, грянули первые аккорды «Бесаме мучо», и ведомые десятками глаз Катя и Майкл закружились в танце.

Танго не относилось к числу любимых танцев Кати. Ей больше нравился вальс. Она любила, отдавшись плавному течению и позабыв обо всем растворяться в танце. Вальс уносил ее словно широкая спокойная река.