Блеснули жёлтые глаза, оскалились пасти. Три волка набросились на дворового пса, задрав того за несколько ударов сердца. Потом окровавленные морды обратились к дрожащему от страха человеку.
- Не дай, Господь, слугам нечистого и лукавого, причинить...
Волки прыгнули вперёд, и Гарри отскочил в сторону, нанося рубящий удар топором. Но мужчина промахнулся. Зверь оказался более проворным, чем жилистые руки человека. Крепкие зубы сомкнулись на запястье, перегрызая сухожилия, кроша с влажным хрустом кость.
- Гарри! - завопила женщина, появляясь на пороге.
- Беги! - заорал он из последних сил, борясь с сильным соперником. - Спасайся сама, и спасай детей!
В нос шибанул запах мокрой шерсти, а ещё вкус крови. Крови? Да, он ощутил вкус во рту, неприятный, металлический, и только сейчас осознал, что второй волк впился ему клыками в горло, разрывая плоть. Гарри рухнул в грязь, терзаемый зверьми.
- Гарри! - вновь раздался отчаянный пронзительный визг.
Лили бросилась бежать, подхватив сыновей, обходя по периметру дом, устремляясь к задней части. А откуда-то из мрака, из-за забора, слышался издевательский смех.
Постоялый двор располагался прямо на перекрёстке дорог, у старинного дуба, которому, как говорили некоторые, было около трёхсот лет. В нём останавливались путники, которые пересекали древний лес, стремясь в столицу, кто на работу, а кто и по торговым делам. Но всё чаще использовали новый тракт, что протянулся на юго-западе, почти у самой границы государства. Путник, восседавший на вороном коне, двигался от самой Магны, города, которого в древности знали, как Ма-Гаана. Тот находился возле извилистой реки Тигр.
Из-под копыт разбрызгивалась грязь, разлетаясь по сторонам. Мужчина лет пятидесяти, двигался не один месяц, стремясь на север, оставив у себя за спиной великую реку Тетис. Тетис - великая река, которая пересекает весь континент, от земель Ар-даа, и до Зелёных равнин, и дальше, уходя между Карпатскими горами и к проливу Дайло. Самая обширная территория, если брать по эту сторону гор, заполненная в основном лесами и болотами.
Мужчина остановился возле постоялого двора, спешиваясь, окидывая двухэтажное строение из дерева. Тот выскочил откуда-то из сарая, принимая поводья.
- Позаботься о нём, - проговорил незнакомец, бросая медную монету.
- Будет исполнено, мастер, - улыбнулся пацан остатками не сгнивших зубов.
Мужчина оказался внутри просторного помещения с десятком столов и лавок. За стойкой находился пузатый хозяин в грязном фартуке. Его лысину украшал островок седых волос, который гордо расположился на самом затылке. От очага шло приятное тепло, тут же согревая продрогшее тело.
- Комната есть?
В голосе Салазара слышалось нетерпение.






