ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Путь домой Александр Науменко Науменко Александр Путь домой Ведьмин ритуал. Уже темнело, когда дверь со скрипом открылась, и вовнутрь шагнул Гарри. В его руке находилась освежёванная тушка зайца, а в другой нож. Широкий лоб избороздили морщины, а усы и бороду покрывал налёт седины. Он бросил свою добычу на стол, усаживаясь на лавку, ёрзая, устраиваясь удобнее. В одном из углов тихо переговаривались дети, мальчики погодки. - Ставь ужин, - приказал Гарри, втягивая носом приятный запах жаркое. Лили, женщина лет сорока с широкими бёдрами и усталыми глазами, быстро кивнула, подзывая детей, говоря им, чтобы те садились за стол. Женщина взяла тушку, относя в дальнюю часть помещения, где займётся мясом чуть позже. - И снова сегодня никакой охоты, - пожаловался муж, сплёвывая на пол. - Проклятые времена настали. Только один заяц за последние три дня. - Ничего. Тебе обязательно повезёт, не завтра, так послезавтра. Лили поставила котелок с дымящейся едой. - Да чёрта с два, - вновь сплюнул Гарри, крестясь. - Худые времена настали. Говорят, что олень и кабан ушёл в дальний лес, подальше отсюда. Глава дома был приверженцем новой религии, которая пришла откуда-то с юга. Религия креста. Но многие поклонялись сразу нескольким богам, думая, чем больше, тем лучше. Хотя язычники плевали в след тем, кто крестился, считая их просто сектантами и отступниками. - Говорят, что и земля круглая, словно шар, - заметила жена. - Но не надо всему верить. - Дура ты, - нахмурился супруг, берясь за ложку, ковы

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Зверь, довольно грозный на вид, не смотря на лишай, сразу набросился на путника, но встретился с копытами коня, получая удар по морде. Затем, разозлившись, гадина бросилась в атаку, а боевой конь встал на дыбы, сбрасывая наездника.

- Во имя Каина! Будь ты проклят!

Меч выскользнул из ножен, а затем обагрился кровью медведя, вспарывая свалявшуюся шерсть, груду мышц. Салазар мгновенно отскочил, принимая позицию для защиты. Животное, брызгаясь пеною, встало на задние лапы, медленно надвигаясь на воина, роняя капли крови на потрескавшуюся землю. Рост же противника оказался просто чудовищным, если не сказать больше. Он возвышался над человеком локтей в пять, может восемь, так что попадать в объятия не стоило, так как чревато смертельными последствиями.

- Да сожрут тебя черви, проклятая ты отрыжка Тёмного!

Мужчина отпрыгнул назад, опуская руку, нанося режущий удар по лапе. Новая порция бурой крови, новый оглушительный рык. Глаза зверя следили за добычей с жадностью, так как в запустенье такой крупной пищи было не так уж и много. Стервятники, степные волки, пустынные львы. А ещё куча нежити, довольно опасной, с коей не стал бы связываться медведь. Одно дело напасть на человека, а совсем иное на вампира, гуля, пожирателя трупов или прочей дряни. Здесь сам агрессор мог превратиться в жертву.

Медведь попытался навалиться всем своим весом на человека, подмять его, а после ухватить лапами, и наконец, вонзить в эту слабую плоть почерневшие зубы, но нет. Салазар оказался довольно проворной жертвой. Мало того, что он умирать не собирался, так ещё и сопротивлялся. Действительно уж непорядок.

Мужчина прыгнул назад, а потом устремился в сторону, когда зверь встал на четыре лапы, промахнувшись мимо воина. Лезвие меча рубануло по рёбрам, а следом острие вонзилось в шею, вспарывая мышцы. Из рассечённой раны хлынула на потрескавшуюся землю кровь, брызгая небольшим фонтаном. Животное взревело, как-то уж совсем жалобно, обречённо, будто понимало, что потерпело поражение и вот-вот уйдёт к своим звериным богам, если таковы существовали. Потом медведь завалился на бок, дёрнув несколько раз лапами, а его глаза навечно застыли, уставившись на далёкий горизонт, к которому нельзя было приблизиться. Откуда не возьмись над головой появились три стервятника, начиная кружить, ожидая, когда победитель отправится восвояси, и оставит проблему в виде гниющей туши санитарам запустенья. Уже к вечеру плоть полностью исчезнет, а костным мозгом полакомятся насекомые, что выползут ближе к вечеру, когда яркий диск солнца станет закатываться. Останки облюбуют пауки, покрыв паутиной, готовые ловить многочисленную мошкару и мух.

- Проклятая гадина, - сплюнул устало Салазар, отирая меч о свалявшуюся шерсть в проплешинах. - Такого коня погубил.