ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Северная война закончилась, едва успев начаться. Да и в Европе все затихло – испанское наследство поделили существенно быстрее, чем в оригинальной истории. Но от этого накал страстей в Европе не только не спал, но и усилился. Бурбоны начали всех раздражать. Английская корона разделилась, балансируя на грани гражданской войны. Швеция оказалась в кризисе. Габсбурги попали в окружении врагов. А тут еще и Россия влезла в большую игру… Противоречия стянулись в еще более тугой узел. Достаточно тугой, чтобы миром уже не распутать. Так что его будут резать. И начнут, судя по всему, с России, как самого слабого звена в глазах наших «западных партнеров…»

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Перед ней открылся парень — ровесник Алексея. Такой же долговязый, видно в отца. Только если царевич ликом пошел в Лопухиных, то этот парень сочетал круглое лицо Нарышкиных и черты лица самой женщины. Будучи на нее заметно похож.

Кстати, Алексей навел справки. Ни приемный отец, ни приемная мать, ни их родственники даже близко не имели сходства с парнем. Что ему часто ставили в укор, называя кукушонком. Это его злило. Но мать всегда отмахивалась — плюнь на них. Завидуют. Вон какой красавец растешь — первый парень на селе. На голову, а то и на две выше остальных…

Кирилл замялся, не решаясь отвечать.

— Что же ты молчишь? — спросил царевич.

— Так страшилки всякие сказывают. Чего дурное болтать? Дурные же люди.

— Полагаешь, что за страшилками этими нет ничего?

— Если есть, то тем более нечего болтать. Глупо.

— И все же, — мягко произнесла Миледи. — Мне интересно, что в селе обо мне говорят.

— Мне невместно.

— Ты, Кирилл, — сказал Алексей, — к ней в ученики приставлен мною будешь. Так что не робей.

Он от таких слов аж отшатнулся и едва не перекрестился.

— Неужели такие ужасы? — наигранно ахнула Миледи, которая ситуация стала забавлять. — В нашем деле очень важно уметь говорить честно. Без прикрас. Чтобы Алексей Петрович, — кивнула она парня, — или Государь могли ясно понимать ситуацию. Так что говорят?

— Вот так и сказать?

— Поверь, я много всякого про себя слышала. Говори смело.

— Говорят, что ты полюбовница не то самого государя, не то царевича.

— О! — удивился Алексей. — Это что-то новое. Любиться с кормилицей… это надо разобраться кто болтает. Вряд ли своим умом до того дошел.

— Я разберусь, — кивнула Миледи.

И они вновь уставились на парня.

Тот нервно сглотнул, прекрасно понимая, что теперь будет с теми болтунами. Но и молчать не решился.

Пустившись в подробное изложение всяких слухов. Один поганее другого. И если в них поверить — Арина выходила едва ли не черт в юбке. Чертовка во всяком случае. Что служит бесенку. А то в услужении у самого Антихриста, каковой его от козы и породил.

— Недурно… — покивал царевич.

— Думаешь это наш… хм… клиент?

— А как без него? Ладно. Разберемся. А ты, Кирилл, пока ступай. Подождешь у секретаря. Там же, где и сидел. Скажешь, что я велел тебя кофием угостить, с сахаром и взбитыми сливками. И сообщишь, что я приставил тебя личным учеником к Миледи. Уразумел?

— Уразумел.

— Ступай. А мы пока еще тут поговорим.

Парень вышел.

— Плакать не хотелось? — спросил он у Арины.

— Я… я, наверное, до сих пор не могу осознать, что он мой сын. Столько времени прошло. Видимо уже смирилась с его смертью. А тут вот он.

— Только ты о том и не болтай. Надо будет — сам все расскажу. Сейчас важно, чтобы он голову не потерял.