ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Северная война закончилась, едва успев начаться. Да и в Европе все затихло – испанское наследство поделили существенно быстрее, чем в оригинальной истории. Но от этого накал страстей в Европе не только не спал, но и усилился. Бурбоны начали всех раздражать. Английская корона разделилась, балансируя на грани гражданской войны. Швеция оказалась в кризисе. Габсбурги попали в окружении врагов. А тут еще и Россия влезла в большую игру… Противоречия стянулись в еще более тугой узел. Достаточно тугой, чтобы миром уже не распутать. Так что его будут резать. И начнут, судя по всему, с России, как самого слабого звена в глазах наших «западных партнеров…»

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Головокружение от успехов бывает страшным. Может посчитать себя баловнем судьбы, которому все ни по чем.

— Уж будь уверен. — серьезно произнесла Миледи.

— И я про ученичество не впустую болтал. Займись им. Сначала подбери программу и учителей. Ну и сама не забывай. Но держи некоторую дистанцию, чтобы он чего дурного не подумал.

— Все сделаю.

— Хочешь посмотреть на новые поделки Демидова? Или распирает?

— Распирает, но… там что-то дельное?

— Да.

— Может тогда и его с собой возьмем?

— А почему нет? — пожал плечами царевич. — Пусть только кофий попьет. Ну и насладится кислым лицом секретаря.

— Но Кирилл правильно сказал. Тебе нужна любовница.

— Ты серьезно?

— Более чем. Вон — люди уже какие гадости болтают. Им нужно дать правильную сказку, чтобы сами не выдумывали.

— Не рано?

— Тебе пятнадцать лет. Твой отец в этом возрасте уже лез под юбки всем, кому мог залезть. И его страсть сдерживала лишь твоя бабка. А ты ведешь себя как монах. Это многих настораживает. Болтают даже, что ты, как и покойный Карл XII, боишься женщин. Или даже хуже — к мужчинам тянешься. К тому же, в свои пятнадцать лет выглядишь вполне взрослым. Вон какой вымахал. По тебе уже девицы сохнут.

— Ну спасибо… обрадовала.

— Сохнут-сохнут, — улыбнулась Арина. — С дюжину молодых аристократок точно тебе назову.

— Вот с ними я точно не хочу связываться.

— Да и не надо. Можно подобрать какую худородную дворянку посимпатичнее и покладистей. Их много. Тысячи и тысячи. А можно вообще какую девицу из-за границы выписать. Чтобы тут совсем чужой была.

— Темнокожую красавицу из самого сердца Африки? — усмехнулся царевич.

— Это легко устроить. У нас есть свои люди в Ост-Индской компании. Если описать им, что ты хочешь, то они тебе подберут несколько десяток подходящих рабынь. И подарят. Например, в качестве служанок. К ним уж точно никто ревновать не станет.

— Ты вот сейчас серьезно? — выгнул бровь Алексей.

— Тебе нужно как можно скорее решить этот вопрос. Ты в том возрасте, когда молодые мужчины с трудом себя сдерживают, чтобы не покрыть весь мир. И люди не понимают твоей сдержанности. Ведь тебя ничто не ограничивает, кроме твоей собственной воли. Я слышала, что даже с государем уже говорили, спрашивая — не болен ли ты.

— Ладно… подумаю.

— Судя по твоему лицу, ты просто этот вопрос отложишь. Не надо. Это важно. К тому же… это приятно, — пошло улыбнулась Миледи. — Поверь, это того стоит.

— Я знаю.

— Знаешь? — удивилась женщина.

— Не важно.

В этот момент в дверь постучали.

И, не дождавшись отклика, вошел Герасим. Вид его был… непередаваемый. Глаза навыкат. Бешенные. И сходу указав на Арину что-то промычал. Очень грозное, но, к счастью непонятное. Этакое боевое «Му». Смешно, впрочем, от этого не стало.