Я дала немного и попросила, больше не появляться, — она вздохнула. От такой тёти сама на край света сбежишь,…только бы твоя подруга добралась, куда следует.
…Вскоре отца перевели с повышением в областной центр, и семья вернулась к прежней жизни. Однако привычный мир вокруг уже пошёл трещинами. Сквозь образовавшиеся щели Женьку заполнила неведомая прежде тоска, в которой он оказался совсем одинок.
IV
Какое-то время Захарыч старался не думать о находке и не теребил Митина. Ситуации было необходимо дать отстояться, а уже потом делать хоть какие-то выводы. К такому образу действий его подталкивал опыт общения с приятелями — операми, скопившийся за многие годы службы.
Однажды проснувшись, он кожей почувствовал, что подошла пора действовать, и поехал на Каширку. Митин сидел в одиночестве, и сразу взял быка за рога.
— Новость, собственно, одна, — объявил он, испытывающе глядя на Николая. — С заявлением об утере старого паспорта Плесков не обращался, и нового паспорта нигде не получал. Накануне мой коллега Сережа почти сутки просидел в паспортном столе. Попутно выяснилось, что указанный гражданин среди умерших не значится, и заявления о его пропаже никто не подавал.
— Как же так может быть, — удивился Захарыч, — человек жил среди других людей, ходил на работу, в магазин, наконец, выпивал с приятелями, потом исчез в одночасье и никому нет дела? Честно говоря, в самом наихудшем варианте я предполагал, что такое заявление существует, но в течение пяти лет концов найти не могли…
— Чем богаты, — пожал плечами Митин.
— А в институте узнать пытались? — осторожно поинтересовался Николай.
— Заведение закрытое, отдел кадров отвечает только на письменные запросы.… Не переживай! Единственное разумное объяснение: твой приятель в данный момент находится за рубежом, — спокойно предположил Митин. — А на момент происшествия он должен был получить загранпаспорт и выехать в командировку. В те годы сотрудники НИИ работали за границей полулегально и осложнений с властями старались избегать.
Николай успокоенно кивнул и полез за сигаретами.
— Я бы всё же у жены попробовал спросить, — сделав пару глубоких затяжек и выпустив плотное облачко дыма, осторожно заметил Митин. — Что-то она в любом случае должна знать, даже если допустить, что с Женькой давно не живёт. Загляни как-нибудь в гости. Она проживает на прежнем месте, по вечерам дома…
Удивительно свойство памяти. Порой, выуживая на Божий свет невесть из каких глубин отдельные, и на первый взгляд ненужные детали, она следует лишь ей одной ведомой логике. Но компонуя их самым причудливым образом, подсказывает единственно верную тропинку, маскируя её бессвязной чередой воспоминаний…
Уже подойдя к остановке, Захарыч вспомнил про выселенных жильцов.






