ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кто она ему — жена, любовница, знакомая, любимая женщина, мать его сына? Он приходит и, не спрашивая, берет свое, ничего не оставляя взамен. Только один раз оставил то, что спасало ее долгие годы ожидания — сына, который стал для нее якорем в этой жизни. Как любить человека, который ночью может дарить счастье и ощущение полета, а днем убивать своим безразличием и связями с другими женщинами? Как ненавидеть его, когда он стал первым и единственным мужчиной? Как жить, когда твое тело жаждет его любви, а душа плачет кровью? Как жить, когда видишь, что самый лучший на свете сын совершенно не интересен ему? Что делать, когда наконец-то понимаешь, что ты стала для него УДОБНОЙ, а не любимой и желанной? Хватит ли сил стать самой собой и начать новую жизнь? И что это такое — любовь?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Все это можно было проверить за пару-тройку дней, но Кирилл всегда брал командировку не менее, чем на две недели, объясняя это тем, что сам лично хочет пообщаться с каждым сотрудником, составить свое мнение, чтобы потом объективно доложить руководству свои предложения. Руководство всегда шло ему навстречу, Кирилл был на самом хорошем счету. Он подкупал руководство своим веселым расположением духа, умением организовывать корпоративы и встречи с нужными людьми. У Кирилла была еще одна важная черта — он умел знакомиться с такими людьми, которые к себе чужих близко никогда не подпускали. Благодаря ему редакция часто получала эксклюзивные интервью с нужными людьми, и рейтинг издательства был самым высоким, что положительно, крайне положительно сказывалось на доходах издательства.

Получив задание, Кирилл решил не ждать завтрашнего дня, когда его ожидали в редакции, а рано утром сел в свою машину, подаренную отцом на свадьбу, и уже через шесть часов был на месте. Приехал как раз перед обедом, сразу направился к директору. Виктор Владиславович Орехом оказался мужчиной в годах, человек-глыба, твердый, как скала, такой же высокий и резкий в выражениях, эдакий русский «Крепкий орешек». С такими людьми, как Орехов трудно и в то же время легко вести дела. Он, имеющий свое мнение по всем вопросам, никогда не предаст, не ударит в спину.

Его резкость уравновешивал главный редактор Звягинцев, который больше понравился Кириллу. Тоже мужчина в годах, невысокий крепыш, больше похож на колобка, с громким звонким голосом, умеющий мотивировать своих сотрудников простым словом. С последним он легко нашел общий язык и уже через десяток минут они, несмотря на разницу в возрасте, разговаривали как старые приятели.

Редакция размещалась в старинном красивом здании, что понравилось Кириллу и настроило на какой-то лирический лад, что-то из «Евгения Онегина». Встреченные им сотрудницы оставили приятное впечатление своей какой-то натуральностью, какую уже давно не встретить в столице. Даже Лидочка, секретарь Звягинцева, так напоминающая Верочку из «Служебного романа» по своей энергетике и росточку, вызывала больше эмоций, чем накачанные гиалуроновом столичные красотки. Личный секретарь Орехова Марьяна Валерьевна, женщина достойного возраста, больше похожая на огнедышащего дракона, стоящего на страже тела своего босса, и та растеклась под его комплиментами, а когда он расцеловал ей ручки, так вообще стала вздыхать, глядя на него затуманенным взглядом и совсем была не против, когда Кирилл назвал ее просто «Марьяночкой».

Когда Орехов переложил сначала пообедать, а потом уже приступить к работе, он согласился, зная, что сытый человек — сговорчивый и разговорчивый человек.