ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Астрофизик Стефан Комогоров занимается теорией пространственно-временных туннелей. Сейчас он отправляется на Меркурий, поскольку наставник из братства Близнецов считает, что это поможет Стефану справиться с возрастным кризисом: скоро Стефану исполняется тридцать шесть лет, и следующая возможность совершить паломничество предоставится только к сорокавосьмилетию. На межпланетном лайнере Стефан знакомится с группой журналистов, которые летят на Меркурий осветить заключение мира между Земной Конфедерацией и получившим независимость Меркурием. Внимание Стефана привлекает журналистка Стелла. В неуклюжих попытках поближе познакомиться с девушкой Стефан оказывается втянут в полулегальное журналистское расследование...

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Короче, когда отозвал Дейдру в сторонку для объяснений, ничего толкового сказать уже не мог. Получилось грубо, невнятно и, возможно даже, по-хамски. Дейдра, естественно, не поняла, расценила мои слова как неудачную и несмешную шутку. Вскоре покинула кафе, а я с горя погрузился на дно бутылки. Стыда было столько, что больше к ней не подходил — до самого окончания университета.

Я сижу на скамейке и кручу в руках видеофон. В парке свежо, морозно. Людей не очень много, прогуливаясь, они проходят по заснеженной дорожке мимо, а мне хочется, чтобы кто-нибудь из них остановился и поговорил со мной. Кроме того, что желание глупое, оно ещё и неосуществимое — кому нужно разговаривать с незнакомцем, который выглядит как двинутый? Да и о чём мне с ними говорить? Выпить бы…

Встреча с Патриком совсем не вдохновила, а наоборот — расстроила. Вместо ожидаемой поддержки получил спутанные карты и некоторое сумбурное, угнетённое душевное состояние. Объяснить, что это такое, даже сам себе не могу, чего же требовать от Патрика? Именно поэтому после визита в «Башню» я не пошёл сразу домой, а приземлился в парке, на промёрзшую скамейку. Не холодно, пальто надёжно защищает, а шапку даже снял и спрятал в карман. Я сижу, держа в руках видеофон, и продумываю план дальнейших действий. В списке контактов выбираю страничку Дейдры. С экрана на меня смотрит улыбающееся лицо — редкое фото, обычно Дейдра выглядит строгой. Судя по подсказке видеофона, на космической станции, где находится Дейдра, ещё не так поздно, у них там сейчас вечер, и я опять подумываю над тем, чтобы ей позвонить.

А у нас совсем темно. Ночь вступает в свои права. На небе, несмотря на огни города, виднеется пара звёздочек. Город у нас небольшой, тихий и какой-то тёмный. Это позволяет нескольким огонькам светить в небе по ночам. Их вид переводит мысли в другое русло. «Тоннели, — думаю я, — да, тоннели, именно тоннели…» Это очень важно. Отчего-то всегда был уверен, что эти штуки должны представлять собой тоннели. По крайней мере, градиент взаимодействия у них далеко не отрицательный по величине, поэтому будем считать, что это тоннели. Возможно, кривые, хотелось бы верить, что прямые и простые в своём устройстве, но всё же тоннели. И через них можно будет пройти…

Через пару скамеек от меня сидит парочка — молодой человек и девушка. Нас разделяет расстояние метров в тридцать. Вначале думаю, что меня вновь мучает приступ зависти к чужой идиллии, но прислушавшись, понимаю, почему они привлекли внимание. Парочка достаточно громко и эмоционально ссорится. Ругань, взаимные претензии, резкие жесты. Невольно наблюдаю за ними и возвращаюсь к обдумываемой теме. «Людям тесно», — рассуждаю я. На Земле слишком мало места. Перенаселение, да ещё и похолодание.