Надеюсь, он не настолько глуп, чтобы защищать ее от меня. Голова Скарлетт высовывается из-за его спины, ее волосы взлохмачены на макушке, а в глазах дикое выражение. Кожа ее левой щеки воспалена, ярко-розовый оттенок резко контрастирует с нежным цветом лица. Я мысленно отмечаю, что нужно вырезать плоть прямо с лица Тео в том же месте.
— На самом деле, она не так беспомощна, как может показаться на первый взгляд, — голос Санни дрожит от нервов, и тогда я понимаю, что происходит. — Она сорвала нож прямо с моего пояса, чувак.
— Не говори обо мне так, будто меня здесь нет, — отвечает она и подталкивает Санни ко мне, держа нож перед собой.
Интересно.
— Здесь ты в безопасности, — говорю я и встаю перед Санни на случай, если она решит наброситься. Она напугана. — Санни сейчас уйдет, и ты позволишь ему это сделать. Опусти нож, и давай поговорим.
Ее глаза перескакивают с меня на Санни и обратно, пытаясь решить, будет ли она доверять тому, что я говорю.
— Я хочу поехать к своей подруге.
— Скарлетт, сначала нам нужно поговорить, — продолжаю я и делаю еще один шаг ближе. — Позволь мне помочь тебе.
Это были неправильные слова. Она удивляет меня тем, что не набрасывается, а решает вместо этого развернуться и помчаться по ближайшему коридору. Я смеюсь, хлопая рукой стоящего позади меня Санни по груди. Он стонет, закатывая глаза, когда я бросаюсь за ней. Он знает, что ему необходимо выследить местоположение Тео, ведь он, скорее всего, обратится к частному врачу, а не поедет в больницу.
Скарлетт издает небольшой визг, когда понимает, что я следую прямо за ней. Она резко разворачивается, и забегает на кухню, хлопая дверью мне по лицу с такой силой, что я отшатываюсь назад. Улыбка трогает мои губы. Как я и подозревал, она бойкая.
Я врываюсь в дверь и обнаруживаю, что комната пуста. Здесь она в невыгодном положении, учитывая, что я вырос, играя в прятки в этих залах. Единственный другой выход — дверь, ведущая в подвал, построенный одним из моих дальних родственников неизвестно для чего. Его переоборудовали на более современный лад, но моя семья до сих пор с любовью называет его темницей.
Я делаю один медленный шаг за другим вниз по каменной лестнице, растягивая ожидание, чтобы заставить ее попотеть.
— Выходи… выходи, где бы ты ни была, — растягиваю слова я, пытаясь скрыть свое веселье за угрожающим тоном.
На последней ступеньке я протягиваю руку и щелкаю выключателем на стене. Свет заливает комнату. Как раз в тот момент, когда мой член начинает дергаться от мысли, что она меня перехитрила, тупой предмет ударяет в спину, вызывая боль в позвоночнике. Я поворачиваюсь и обнаруживаю, что Скарлетт сжимает обеими руками пыльный канделябр. По крайней мере, она не сильно меня ударила.






