Ее грудь заметно вздымается от адреналина и страха, и я практически ощущаю их вкус. Желание провести языком по центру ее горла почти непреодолимо. Я получу ее, но только добровольно.
Выражение ее лица убийственное, она пытается просчитать выход из ситуации. Это выглядит чертовски восхитительно. Вероятно, вместо этого ей хотелось бы нанести удар по моей голове.
— Отпусти меня, — ее голос дрожит на последнем слове.
— Поговори со мной, — отвечаю я и отхожу от лестницы. Сегодня ее уже загоняли в угол. Достаточно.
— Почему здесь клетка? — спрашивает она, отпуская канделябр и свободной рукой указывая мне за спину. — Что, черт возьми, происходит?
— Раньше это была темница, — ухмыляюсь я, увидев опасение на ее лице. — Это дом очень старый, детка.
Ее брови хмурятся при слове «темница», но она, кажется, принимает этот ответ, кивнув один раз, прежде чем провести языком по губам, увлажняя их. Я засовываю руки в карманы, чтобы не протянуть их и не схватить ее. Эта женщина не понимает, что она единственное, что может меня погубить, и я бы ей это позволил.
— Как бы мне не хотелось заниматься подобным всю ночь, но нам нужно убрать лишнее.
— Что…?
Я бросаюсь на нее, осторожно вырывая тяжелый подсвечник из ее запястья, пока она протестующе визжит. Ее спина оказывается прижата к моей груди, и я позволяю себе уткнуться носом в ее волосы, вдыхая аромат. Мои глаза почти закатываются к затылку от ее пьянящего запаха, пока она дрожит рядом со мной.
— Ты не можешь быть вооружена, пока мы пытаемся поговорить, — отвечаю я и веду нас к темному кожаному дивану неподалеку. — Играй честно.
— Плевать, — ее нижняя губа слегка выпячивается, когда она садится на одну из подушек. Я хочу пососать ее между зубами. — Просто скажи мне, что происходит.
Было бы разумней отнестись к ней снисходительно, но она не слабая. К тому же, она достаточно долго находилась в неведении.
— Ты знала, что отец Тео был главой банды торговцев людьми?
Ее рот открывается и закрывается несколько раз.
— Нет. Нет, это не правда.
— Поскольку он… несвоевременно… — я делаю паузу, подмигивая. — Умер. Как ты думаешь, кто занял место отца?
— Нет, — Скарлетт качает головой. — Нет. Он никогда бы… нет. Этого не может быть. Ты бредишь.
— Тео был с моей сестрой в ту ночь, когда она пропала. Они были друзьями, — продолжаю я и внимательно наблюдаю за ее лицом. — То, что осталось от Пенелопы, было выброшено на берег несколько месяцев спустя. Несколько костей и вещи в мешке для мусора.
Слезы катятся по ее щекам, и я сопротивляюсь потребности слизать их.
— В этом замешано много людей из верхушки города. Даже если ты мне не веришь, это не делает все менее правдивым, детка.
— Это был ты, — шепчет она и смотрит на свои руки, скрещенные на коленях.






