Встретил меня грозный дядечка в рясе, проверил документы, куда-то позвонил по переговорному амулету, и только дождавшись ответа, пропустил в здание, но перед этим надел на шею временный пропуск на синей ленте. Зачарованный. Блокирующий магию и ведьмовскую силу. При желании и особой необходимости я, конечно, попробую снять блоки, и, возможно, у меня даже получится, но пока ощущения весьма неприятные, словно меня лишили чистого воздуха и заставили дышать вполсилы.
Все это не добавило мне оптимизма, так что к заветной двери я подошла взвинченной до предела. И, как назло, в кабинет меня не пустили!
– Ждите, вас пригласят, – заявил мне безусый страж, несший службу в этом коридоре.
– Хоть бы стулья для посетителей поставили! – возмутилась я. – И сколько мне ждать?
– Не могу знать.
И он отвернулся! Наглые они здесь в инквизиции!
Ждала я долго, аж пятнадцать минут, и уже хотела начать стучать кулаками в запертую дверь, как она отворилась, и грозный низкий голос скомандовал:
– Леди, заходите!
Зашла, коль так настойчиво приглашают.
Встретил меня высокий красивый старик в белоснежном мундире с золотыми эполетами. Высший чин светлейшей инквизиции, белый маг силы такой, что у меня волоски на руках дыбом встали. И смотрел он на одну ведьму весьма неодобрительно, я бы сказала, сурово. По телу пронеслась дрожь.
– Присаживаться не предлагаю, – сухим и строгим голосом произнес маг. – Обвинения слишком серьезны, чтобы разводить с тобой, девочка, политесы. Покушение на жизнь инквизитора, практика без лицензии, да еще ты узнала секрет, за который и не таким головы сносили.
– Можно подумать, я его одна узнала! – не удержалась от ответной реплики.
– Остальным мы память поправили, – внимательно меня рассматривая, сообщил маг. – А с тобой вышла загвоздка.
– Не поддаюсь? – съехидничала я.
Я всегда становлюсь несдержанной, когда боюсь.
– Ты – особый случай. Следуй за мной.
Ну все, или убьют, или посадят, или начнут предлагать то, от чего я отказаться не смогу, или…
Посадят…
Мы вошли в потайной ход и прошли по темному сухому коридору двадцать пять шагов, остановились возле двух обитых железом дверей, и я поняла – допрыгалась ведьма. Из этого подземелья я не выйду.
Маг резко ко мне повернулся, окинул серьезным взглядом.
– У тебя два выхода. Или ты выходишь из ордена женой одного из высших иерархов, или…
– Или?..
– Суд будет закрытым, наказание не подлежит опротестованию.
– Это несправедливо!
– Считаешь, ты невиновна?
Я отвела взгляд. Вину я чувствовала, но не такую, за которую мне бы хотелось страдать.
– Считаю, что меня вынудили защищаться!
Погибать – так с музыкой.






