ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман «Следопыт» — первое крупное прозаическое произведение известного туркменского поэта Чары Аширова, автора романа в Стихах «Конец кровавого водораздела». …Бурные события 30-х годов. Борьба с басмачеством. Первые колхозы на туркменской земле. Не стихают схватки с байскими пособниками, которые получают поддержку из-за кордона. Особенно ожесточенной была борьба с врагами Советской власти в пограничных районах и на границе. Следопыт Чары Аширов Роман «Следопыт» — первое крупное прозаическое произведение известного туркменского поэта Чары Аширова, автора романа в Стихах «Конец кровавого водораздела». …Бурные события 30-х годов. Борьба с басмачеством. Первые колхозы на туркменской земле. Не стихают схватки с байскими пособниками, которые получают поддержку из-за кордона. Особенно ожесточенной была борьба с врагами Советской власти в пограничных районах и на границе. Авторизованный перевод с туркменского Г. СОЛОВЬЕВА Туркм2 А98 Издательство «Туркменистан», 1974. Перевод на русский язык. ОБ АВТОРЕ Народный писатель Туркменской республики Чары Аширов многостосторонне и плодотворно работает в советской художественной литературе. Он не только один из наиболее популярных оригинальных поэтов республики. Ашировым переведены на туркменский язык многие классические произведения русской поэзии и прозы. Благодаря его творческому энтузиазму и художественному уменью впервые на туркменском языке появились лучшие стихи и поэмы Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Шевченко, Маяковского. Проза Гоголя

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чуть подальше на нем уместилось несколько крупных, оглаженных временем, камней. Наверно, из-за них и был подстрелян Баллы. Если бы бандиты пропустили мальчика за поворот, то пули попали бы в Сухова, а следопыта могли бы взять живым.

Иван Павлович сокрушенно покачал головой и не заметил, как сказал вслух: «Чуть не отдал ребенка в руки извергов». Он понял, что враги были в более выгодном положении, и подумал: «Да, правду говорят: тому легче бывает в схватке, кто лучше знает местность».

В каменной стене́ виднелась пещера. Сухов подошел к ней с револьвером. Вход в нее узок, а внутри она более обширна. Можно встать во весь рост и даже пройтись по пещере. В ней было смрадно Контрабандисты, видимо, приняли изрядную долю опиума, теперь их догнать нелегко. В одном углу валялись дрова. В другом беглецы, наверно, разводили огонь и кипятили чай. На потухшей золе заметен след кумгана.

Пограничники молча осматривали пещеру. Вдруг послышались приближающиеся шаги. Люди в удивлении переглянулись. Сухов осторожно выглянул наружу. Увидел, как из-за поворота показался Баллы, а за ним Мерген-ага и Иванов. Мальчик, медленно ступая, шел сам. Сухов забеспокоился. И все же, не скрывая радости, шагнул им навстречу:

— Мерген-ага, да что же это вы делаете, почему не спустились вниз?

— Нести раненого вниз по узким выступам нелегко, да и опасно. К тому же мальчику стало лучше. Рана, возможно, и вправду не из опасных. Мало того, что са́м пошел, так еще и непременно хотел знать: как тут у вас. А я прикинул: до вершины недалеко, с нее же легче спускаться вниз. Правда, там, где кончается выступ, будет почти отвесная стена и взобраться по ней нелегко, но как-нибудь и ее одолеем…

Мурадгельды хорошо знал горы. Как он и говорил, выступ уперся в каменную стену, вышиною в человеческий рост. Было нелегко поднять туда ослабевшего мальчика. Взбираясь по неглубоким ступенькам, кем-то выдолбленным в стене, Сухов и Иванов первыми одолели этот подъем Баллы уверял, что и сам взберется наверх. Но снизу Мерген, а сверху Иванов помогли ему подняться на вершину кручи. Остальные тоже поднялись. Немного отдохнули. Теперь они должны расстаться: Иван Павлович с пограничниками отправится в одну сторону, а Мурадгельды с сыном — в другую, туда, где легче спускаться мальчику.

Мурадгельды пристально поглядел на Сухова, видимо, хотел что-то сказать ему, но, заметив на лице пограничника смущение, сдержался.

— Мерген-ага, вы что-то хотели мне сказать? — несмело спросил Сухов.

— Действительно, хотел сказать, но сейчас этого не стану делать, — отмахнулся Мурадгельды.

— Почему же не станете? Возможно то, что вы скажете, пойдет мне на пользу.

— Ну, если так, — помедлил Мерген. — У нас, туркмен, говорят: «Кто не послушается старшего, того постигнет неудача».