Сангрия находилась в огромном ведьминском котле, сырный соус был залит в формочки в виде мозга, и даже закуски выглядели как жуткие маленькие пауки и отрубленные пальцы.
Снаружи люди ныряли в подогреваемый бассейн и играли в игры с выпивкой за несколькими столами, которые были установлены для бирпонга[8] и Кубка Короля[9]. В обтянутой паутиной беседке играл диджей в ярко-красном костюме дьявола с рогами. Большой задний двор был усеян травой, ряды кустов были высажены вдоль каменной стены, окружавшей его.
Возле столов для бирпонга мы наконец нашли Дэниела, пьющего пиво и прыгающего — полностью одетым — в бассейн. Но он пил не один. Вместе с ним пил не кто иной, как Мэнсон Рид, который с улыбкой отбросил в сторону свою пустую банку из-под пива и засмеялся, когда Дэниел нырнул.
Я чувствовала себя так, словно попала в «Зловещую Долину»[10]. Я была не в курсе всех событий с тех пор, как поступила в колледж, но всё казалось неправильным. Какого черта Мэнсон пил с Дэниелом? Почему он был окружен людьми, которые в школе и не взглянули бы на него дважды? Почему…
— Почему он пялится на тебя? — сказала Эшли, поднося стакан ко рту, чтобы скрыть свои губы. Она была права: взгляд Мэнсона упал на меня, и до сих пор не отрывался. В его глазах я видела узнавание, и мне стало интересно, какое воспоминание всплыло у него первым. Может, это была я, молча бросающая на него взгляды, пока иду с Кайлом рука об руку? Или это был момент перед поцелуем, когда мое лицо находилось в нескольких сантиметрах от его, и я шептала:
«Обещаешь не рассказывать?»
С внезапной острой болью в груди я задумалась о том, ненавидит ли он меня или нет. Не то чтобы меня волновало одобрение от такого чудака, как он, но… в его взгляде на меня не
чувствовалось
ненависти. Он казался любопытным, его глаза задержались на моем лице, а затем опустились ниже, на мое тело. Конечно, он пялился. Все пялились. Но почему-то я всё ещё ощущала… как там его…
чувство вины
?
В конце концов, после поцелуя с ним я разу же вернулась к парню, который издевался над ним с первого года в старшей школе. Я без устали дразнила его, распускала о нем слухи, смеялась над ним. Если это не делало меня похожей на засранку, то я не знаю, что могло бы.
— Эй-эй, дамы, добро пожаловать! — Мокрый после бассейна, Дэниел подбежал и предложил нам дать ему пять вместо объятий.
Взгляд Мэнсона наконец-то оторвался от меня, когда Дэниел по-дружески сжал его руку и сказал:
— Отличная работа, бро. Только недостаточно быстро!
— Это пиздец как странно, — прошептала Эшли. — С каких пор они друзья?
Я пожала плечами, стараясь не зацикливаться на этой теме. Чем больше я думала об этом и чем больше смотрела на Мэнсона, тем более неловко себя чувствовала. А «неловкость» это вообще не про меня.






